на главную страницу на главную -- библиотека -- о сайте

9000 километров скитаний, или В поисках Большой Зимы
(Впечатления от новогодней поездки 2001/2002)

А.Савватеев

Эпиграф: "Дорога пришла к человеку домой.
Дорога сказала: ты - мой." (Умка.)

Предисловие

Дорога - это не линия на карте, не путь, ведущий из пункта А в пункт Б, а само движение. Пункты А и Б - лишь случайные точки, обозначенные на образе этого спонтанного движения. Если твой дом стоит на дороге, значит, ты обречён всегда смотреть ей вслед, как с моста на несущуюся под тобой воду реки. Обречён, и это верный знак, что твоя система координат движется прямолинейно и равномерно относительно привычной многим, связанной с землёй, домом, семейным очагом и уютом. Твои семейный очаг, уют и покой день за днём уплывают от тебя вниз по реке, называемой Дорога. Пустись в плаванье за ними, и ты их обретёшь. Лучше всего доверится плоту, то есть судну неуправляемому, и тогда цель будет достигнута сходу, с первой секунды движения. Дорога тебя любит, помни об этом всегда. Движение по дороге - самый светлый и прочный союз, какой только может быть тебе доступен на земле. Мои заметки посвящаются всем тем, в ком эти совершенно нелепые строки вызывают определённый резонанс.

Москва - Миасс (26-28.12.2001)

Поезд 182-й отправляется с Казанского вокзала в 22 часа 25 минут. Весь день пришлось бегать по разным делам - такое бывает всегда, Москва очень ревнива. На этот раз в глазах моей беспутной Москвы стоял немой упрёк: "Куда же ты, ведь и здесь в этом году хорошо! Оставайся, будут тебе в Новый Год и лыжи, и мороз, и солнце." Но я уехал. Толком не собрался, всё покидал и позабывал, даже КЛМН забыл, -

Прости меня, моя Столица,
Ты в самом деле хороша,
Но мне Сибирский Ветер снится,
На волю просится душа!

Утром первым делом я отморозил дурку в своём стиле - забыл в сортире кошелёк с 700 рублями. Конечно, когда я спохватился, там его уже не было. Впрочем, огорчаться тут явно нечему, потому что человеку, который его взял, 700 рублей, возможно, и не снились до этого. Порадуемся же за него, и выкинем эту историю из головы.

Потом мы очень долго стояли перед станцией Рузаевка. Добрая проводница рассказала мне, что впереди столкнулись два поезда, и мы ещё нескоро поедем. Наконец, нас медленно протянули мимо разбитых стёкол и раскуроченного переда локомотива, из которого бедного, израненного стёклами машиниста пришлось вырезать автогеном. Состав поезда Тольятти - Москва повреждён не был, но многие упали с верхней полки. Слава Богу, обошлось без человеческих жертв, но травмированных было немало.

Со мной в вагоне едет много разнообразного, интересного люда. Вот - напротив сидит парень моего возраста, какого-то совершенно отмороженного вида, который ездил в Москву на стройку зарабатывать деньги, и возвращается домой в Челябинск, к жене и трёхлетней дочке. С вечера он загружался в вагон пьяный как нельзя, и ночью свалился, бедняга, с верхней полки. Свалившись, он сел на полу и, отрешённо глядя в пространство, бессмысленно как попугай минут 15 подряд повторял: "Бля.... Бля...... Бля....." и так далее. Потом лёг на пол, раскинул свои длиннющие ноги по всему вагону и захрапел. Идут менты: "Что это такое?" Однако обижать его не стали, узнав от нас о его печальной судьбе.

Утром мы с ним познакомились, и он рассказал про стройку много интересного. Например, то, что русским платят 15 штук в месяц, а хохлам - всего 5. Это он привёл как аргумент в споре с тётей из соседнего отсека, утверждавшей, что нашего брата-русского чмарят все кому ни лень, а мы, мол, такие бедные-несчастные, что даже ответить не можем, поэтому надо хоть чеченцем как следует отомстить. Замечу, что подобную точку зрения в плацкартном вагоне мало кто разделяет, в отличие от купе, в которых, как правило, ездят жирные, лоснящиеся надменно-чопорные мудаки.

Ещё в вагоне путешествуют многочисленные ученики Челябинской школы-лицея- института кибернетики. Забавное учебное образование, они начинают там учиться чуть ли не с третьего класса, потом автоматом переходят в разряд студентов, аспирантов и т.д. Система руководства - иерархическая, многоуровневая, старшие опекают младших, и граница "власть-народ" то и дело смещается. Например, когда речь идёт о жратве или совместных играх, явственно чувствуется, что студенты и школьники - заодно, а самые старшие - по ту сторону. А когда, например, мальчик и девочка 14-ти лет ложатся вместе на одну верхнюю полку, то студент 20 лет подбоченивается и, пользуясь своей властью страшего, запрещает сиё безобраие со словами "вот будет вам 18, тогда ведите себя как хотите, а пока - нельзя!"

Но это я зубоскалю совершенно беззлобно, на самом деле ребята очень классные, и большую часть времени я протусовался в поезде именно с ними. Началось всё с того, что они слушали Цоя, причём не очень известную кассету, и я с удовольствием послушал её вместе с ними. Потом мы все по очереди играли на их гитаре, а у них играли даже самые маленькие, причём играли песни скорее времён нашего окончания школы, что было приятно и неожиданно. Научил я их игре в дипломата, и научил на свою голову: будущие кибернеты оставляли меня далеко позади, такая у них память и смекалка. В заключение они подробно разрисовали мне, что и где надо смотреть в Челябе, а я им дал свой московский адрес. Потом играли в дурака и в китайского дурака с переменным успехом.

Ещё едут какие-то неформалы весьма хиппового вида из города Уфа. Утром в Уфе я гуляю, вкушая предрассветные -20, и, прощаясь с ними, говорю им: "We all live in Ufa?", а они мне отвечают следующей фразой из той же песни, которую, к стыду моему, я воспроизвести не решаюсь (она вроде на башкирском?). После Уфы и до Миасса как раз следует самый красивый участок дороги - мы пересекаем Уральский Хребет. На весь день я прилипаю к окну, питаясь видом скал, нависающих над рекою, в долине которой долгое время вьётся железная дорога. Лёд на реке какой-то некрепкий, местами следы от охотничьих лыж уходят прямо в полынью. Наверное, всё же протаяло после.

Не могу не вспомнить о совершенно жанровой сценке в Рузаевке (или Инзе? уже запамятовал). Там есть ларёк, и в нём наливают 100 грамм. Как раз к этому моменту нагорело, тем более, что пирожки в поездах совершенно необходимо всегда запивать водкой, если не хотите заблевать ночью весь вагон. Я принял, восславив судьбу, и купил ещё пирожок. Стою в дверях, уже закрытых, и болтаю с проводницей, ожидая отправления (в вагоне - очень жарко, а тут -15). Поезд всё стоит, а в дверь, как всегда, несколько продавщиц одновременно настырно суют разную жраку, расхваливая её на все лады.

И тут меня осенило. Я достаю денег, протягиваю самой молодой и самой красивой продавщице, и прошу: "принесите ещё 100 грамм из того ларька, пожалуйста!" Девушка бежит к ларьку, исчезает в нём, и, разумеется, в этот момент поезд даёт гудок и трогается с места. Я изо всех сил ору: "Пожалуйста, скорее!" Продавщицы шумят, смеются, все за меня болеют. В тот момент, когда скрость состава приближается к 10 километрам в час, красавица со стаканом в руке выбегает из ларька и несётся по путям наперерез, к нашему вагону. В последнее мгновенье, когда это только возможно, я перехватываю у неё стакан, и, из всех сил крича: "Ваше здоровье!!!!!!", осушаю его. Happy end, а продавщицы пустились рукоплескать. Проводница смеётся от всей души, говорит: "Никогда такого не видела. Никогда!" После этого, по большой дружбе, иногда пускала меня в туалет уже после официального закрытия. Одним словом, впечатления от поезда номер 182 остались самые радужные.

74rus (Миасс, Челябинск)

В город Миасс я ездил с самого детства к своим родственникам. Расстояние от Москвы по километровым столбам равно 2003 километра. Чем старше я становился, тем ближе был "километр-год" к городу. Я запоминал соответствующее место, которое было то живописной полянкой, то распадком, где течёт ручей, то жёстким скальником, и медленно, неуклонно приближалось к городу. На этот раз, подъезжая уже к самой станции, напротив 9-тиэтажных домов я усмотрел столб 2002. Увы, но через год эта игра закончится......

Раньше у нас был бесплатный транспорт (автобусы, троллейбусы). К сожалению, халява кончилась, и проезд теперь стоит 4 рубля, как и в Москве. Я поехал на маршрутке (а ехать-то 15 километров, потому что город вытянут в долине между гор; вообще, кому интересно, описание Миасса находится в рассказе "Груша-Урал-Москва-1999", или что-то в этом духе, где-то на сайте slazav.mccme.ru). Сестры дома не было, а один из замков не открывался (я приехал "сюрпризом", ничего Тане не сообщая). Соседка, впрочем, поверила мне на слово в том, что я - это я, и взяла к себе мои вещи, а я пошёл гулять. Помятуя о необходимости пополнения коллекции этикеток Володи Коробова, я подзатарился пивом из Озёрска и водкой завода "Казак Уральский" (Челябинского). Так и ходил по улицам, громыхая карманами, пока Таня не вернулась с работы.

А на следующее утро (29 декабря) приехал Саша Тонис. Тут же нацепив лыжи, мы пошли куда глаза глядят - по горам вокруг озера Тургояк. Снега на Урале не так много, как в Москве, но вполне хватает. Спуск к озеру оказался категорийным, Саша совершил обнос, я же ограничился отрицаловкой. Потом мы долго шли по льду, завороженные видом окрестных гор, настолько далёких, что их относительное расположение почти не менялось в процессе нашей ходьбы. Забравшись на одну из них, мы со свистом и с матом скатились вниз, причём Саша постоянно таранил меня в спину - мои лыжи с насечкой, едут медленно. Потом опять пересекали озеро Тургояк, и вроде как надо уже домой, но тут пришла в голову шальная мысль - забраться в сумерках на Лысую Гору.

Лысая Гора является главной достопримечательностью города Миасс. Она возвышается, почти что нависает над ним, и путник, вскарабкавшийся на неё, проникается пониманием того, насколько игрушечное всё, что сделано человеком - тысячи светлячков-окон внизу, под тобою, как если бы ты летел на самолёте, и даже труба дымит где-то внизу, в долине, овивая ленточкой дыма весь микрорайон. Отсюда этот дым виден сверху!

Мы летели на лыжах через город напролом, поражая многочисленных прохожих - хотелось успеть до темноты хотя бы быть на пол-пути вверх. Оставив лыжи у заметного дерева, мы рванули по градиенту (30-35 градусов). Задыхаясь, перепрыгивая через корни и упавшие деревья, бежали мы вверх наперегонки с темнотой, которая, напротив, наступала величественно, безмолвно, но и неумолимо. Вершина встретила нас одуряющим ветром, который, как только мы обернулись назад, стал "в лицо". Он сыпал в нас снегом из тех самых лунок, которые мы только что пробили ботинками в фирне. И всё же мы полюбовались с минуту-другую. Потом совсем уж мгновенно скатились к месту, где оставили лыжи. Лысая гора, моя первая в жизни вершина (ибо именно с неё лет 20 назад началась моя пеше-горная жизнь), не обидела нас и лыжи прятать не стала. Спасибо ей за это! Минут через 40 после вершины мы были уже дома.

А на завтра с утра мы поехали в Челябинск, потому что труба звала дальше на Восток: нас ждали в Новосибирске.

Электричка в Челябинск была довольно пустынной, но и там ехали интересные персонажи. Один из них подошёл и попросил продать ему пивка. Дело в том, что с ним случилось стихийное бедствие: он напился с самого утра, и, следуя из Челябинска в своё родное Полетаево, проспал станцию и теперь совершает вторую итерацию. Я ему протянул пиво, но он сказал, что хочет во что бы то ни стало заплатить за него, и, рванув рубаху на груди, извлёк десятку. Отказаться просто не получилось. Вдобавок он принёс свой собственный самогон, - "Угощайтесь." Мы налили себе, и я поднёс ко рту........

Хорошо, что Полетаево было близко. Мы помогли ему сойти, дабы избежать третьей итерации, потом взяли кружку, вышли в тамбур и выплеснули всё её содержимое в проём между вагонами - "в унитаз". Кто помнит Колечковскую "ацетоновку" (от потребления которой мы безоговорочно отказались уже давно), тот оценит следующее: по сравнению с напитком, который он нам налил, то, что делают в Колечкове - восхитительный коктейль, чудо вкуса и вершина кулинарного творчества. Весь дым, вся сажа Урала, его многочисленных добывающих и обрабатывающих заводов, сконцентрировались в одном стакане той жидкости, которую он нам преподнёс в подарок. Наши нежные столичные организмы не вынесли бы такого шока, и две аккуратные могилки у полотна великой железнодорожной магистрали наполнили бы утренний пейзаж.....

Вот, наконец, и Челябинск. Город-миллионер с затянувшейся на 20 лет стройкой метро, ослепительно красивый и молодой - самый молодой из миллионеров. Вот, для справок, их полный список. (М) означает наличие метро, остальное ясно. За точность не ручаюсь, пишу по памяти.

Москва (8800) 1147 (М)
Санкт-Петербург (4800) 1703 (М)
Новосибирск (1452) 1875(?) (М)
Нижний Новгород (1440) 1450(?) (М)
Екатеринбург (1380) 1725 (М)
Самара (1264) 1574 (М)
Уфа (1200) 1720(?)
Омск (1100) 18**(?)
Казань (1100) ??оч. старый
Пермь (1100) 1720(?)
Челябинск (1100) 1930 (!) - единственный того века

более позднее добавление: город Челябинск всё же датируется 1736 годом, хотя тогда он был крепостью и назывался Челяба.

Ещё три города болтаются между миллионом и чуть меньше того - это Ростов-на-Дону, Воронеж и Волгоград.

Однако вернёмся к Челябинску. Совершая обход по маршруту, предложенному ребятами из 182-го поезда, мы первым делом посетили очень хороший книжный магазин "Ф-книга", где я купил пару книг, надеясь поправить в дороге свою безнадёжную литературную безграмотность. Потом мы полюбовались на ледяной городок и некоторое время наблюдали празничное театральное представление, мораль которого была ясна из текста:

Ты - дурак,
Куришь табак,
Спички воруешь,
Дома не ночуешь!

Дети смеялись, а тот, кто играл "отморозка", всё прыгал по сцене, тряся кулаками, и грозился всем набить лицо. В общем, было весело. Ледяной городок, кстати, был и в Миассе, но там я не успел его разглядеть сквозь окно маршрутки.

Потом мы пообедали в столовой общепита, в которой все без исключения брали 100 грамм в качестве аперитива (мы не хотели быть белыми воронами, и нам тоже волей-неволей пришлось так поступить). А после обеда мы отправились смотреть главную достопримечательность города: Сферу Любви.

Если вы будете проездом в Челябинске, сразу же идите смотреть на неё. Я не решаюсь описать её в подробностях, но это - красиво. Может, конечно, у меня извращённые представления о красоте, но мне очень понравилось. Я как завороженный ходил вокруг неё, всматривался. Саша тоже пробормоталл что-то типа "впечатляет". Ориентир: местный главный кинотеатр (увы, у меня его название перепуталось с названием зловещего кинотеатра в Красноярске, о котором речь пойдёт ниже, в одной из следующих глав).

А потом стемнело, и мы пошли в парк, где детская железная дорога, увы, не работающая. Там же в оврагах обнажается близость Уральского Хребта: ощерились грозные вертикальные скальники высотой 4-5 метров. Вкупе с музыкой, льющейся откуда-то сбоку, всё это выглядело весьма сюрреально посреди Великой Равнины.

На вокзале, забрав вещи, купили портвейна в поезд. Я пошёл искать штопор, и нашёл его в одном из киосков. Тётя открыла. Я протягиваю бутылку: "Будете?" А она мне, с милой улыбкой: "Нет, спасибо, я лучше водочки..." Уже на перроне происходит мрачное действо: несколько солдат выясняют друг с другом отношения типа: "Да ты вообще был хоть в Чечне??" и так далее. Я посмотрел с грустью на оскаленные, злые лица. Да, война - это дерьмо, убийство, но помимо этого, она имеет ещё и долговременный эффект. Тем, кто с неё возвращаются, трудно вновь стать человеком. На свете не существует ничего, чем можно было бы её оправдать.

Мы даём билеты проводнице, и с замиранием сердца входим в поезд, который идёт по Самому Длинному На Свете Маршруту "Харьков - Владивосток" (9700). Более того, вагоны "Одесса-Владивосток", которые в нём присутствуют, покрывают в пути расстояние, большее 10 000 километров!

Глава 3. 54rus (Новый Год)

30.12.2001. Поезд 55 полупустой. Действительно, кому надо ехать в поезде в момент наступления Нового Года? Естественно ожидать, что в Новосибирске выйдут последние пассажиры, и пустой состав, ведомый угрюмым машинистом и в тряпку бухим его помощником, где-то в районе города Мариинск Кемеровской области-губернии, посреди лютой сибирской зимней ночи плавно въедет в Новый Год. Теоретически существует и более зловещая возможность: Новый Год машинист с помощником не встретят вовсе. Угадайте, как такое может быть. (Решение: в 23:40 поезд пересекает часовой пояс, и рывком оказывается в 2002 году, не успев его встретить там, и опоздав здесь.)

(Задача для школьников (вариация на тему теоремы Тарского). Для поезда Владивосток - Харьков такая ситуация невозможна, и Новый Год обязательно будет встречен, может быть даже дважды.)

Однако наши умозаключения ошибочны. Например, с нами в отсеке едут два попутчика, оба - на Дальний Восток, оба будут встречать Новый Год в поезде. Один из них - китаец, и ему вряд ли есть дело до Нового Года (они вообще празднуют его?), а другой - таджик, причём очень культурный, весь пропитанный Восточной мудростью, утончённостью восприятия, всё время цитирует Омара Хайама, читает нечто мне неизвестное из той же серии. Он нам всю дорогу рассказывает про великие умы их страны, как они, "живя по 400, 500 лет, всё равно чувствовали себя гостями в этом мире, не возводили хоромы, не наживали себе достатка, а учились, учились и учились мудрости Божьей". Слушать его чрезвычайно интересно. К тому же он угощает нас своей едой, очень вкусной и сытной, а мы его - тоже чем можем (вы поняли, чем именно).

Ночью я проснулся на территории Казахстана, в городе Петропавловск. По перрону, даром что 3 часа ночи, снуют продавцы чего попало, некоторые предлагают "кое-что ещё" по 50 рублей за косяк (или обойму, терминологию не знаю). Но наркотики - не водка, нашему брату учёному не пристало их жрать - говорят, шары потом неделю не вертятся, а за неделю ведь столько можно создать, придумать, осознать. Поэтому я отказываюсь от халявы.

Чем дальше на Восток, тем большее недоумение вызывают погодные условия. Всюду, где мы останавливаемся, около нуля. Что за чёрт, это Сибирь или нет, в конце-то концов? Надеемся, что хоть к Новосибирску ситуация изменится. Вот, наконец, и огни аэропорта "Толмачёво", пригороды, мост через Обь. Мы прощаемся с попутчиками. Толпа народу теснится, ожидая выхода. Остаётся в вагоне человек 15-20, из них 3 русских, остальные - китайцы или представители других южных народов. То есть, наша теория в какой-то мере подтверждается - дальше едут те, кому Новый Год по барабану. На прощанье наш попутчик-таджик подарил нам две здоровенные лепёшки из теста, не помню, как называется.

И вот, наконец, долгожданный, до боли знакомый перрон, а перед ним - немеряный, гротескный вокзал города Новосибирск - самый большой в мире железнодорожный вокзал. Тепло так, как нельзя себе даже представить, но, как выяснилось, это - только начало. Южный, тёплый ветер ласкает лицо и руки, и градусник повествует: -2. Давление высокое, Саша говорит: наверное, оно растёт, и скоро оттепель закончится. Едва ли, думаю я про себя, засыпая в маршрутке, что мчит в направлении Академгородка. (Когда я засыпаю, это свидетельство того, что давление как раз падает).

Вот и трёхгранный указатель: "Новосибирский Научный Центр". Маршрутка поворачивает под мост Бийской ветки железной дороги, туда, где летом после сумасшедшего проливного дождя типа "Пиздец всему" бурлила страшенная бочара, глубиной под метр, куда я бы не сунулся на ласточке даже в том случае, если бы шанс кильнуться на отбойной от едущего грузовика волне прямо под его (или под чужие) колёса был бы нулевым. Проспект Строителей, Проспект Академика Лаврентьева, Морской Проспект.... Приехали. Здесь живёт писатель Авессалом Бонифатьевич Подводный (в миру - Александр Каменский) с женой и четырьмя детьми, в семье которого мы будем жить и встречать с ними Новый Год (хотя глава семьи как раз в Москве).

...................

Последние годы (6 лет подряд) мы справляли Новый Год в избе. Я уже отвык от того, что такое Новый Год в городских условиях. Правда, Академгородок - скорее посёлок, нежели город в буквальном смысле этого слова: здесь высоченные сосны растут прямо у подъездов домов, и летом те, кому не спится, вылезают в 4 утра собирать грибы в 10 метрах от своих окон. Кроме того, здесь нет производства, а есть одна только наука и учёба. В тексте про Алтай Академгородок описан подробнее, а здесь лишь скажу вам, что он с хорошей точностью аппроксимируется Черноголовкой, которую увеличили в 6 раз и убрали завод ОСТ-АЛКО.

Да, так вот, на улицах - массовое гулянье. Гурьба детей непрерывным потоком скатывается с доморощенной ледяной горки высотой 2 метра, стоит визг, шум, гам, хохот, ржанье лошадок Пони, весёлый "научный мат" пьяных студентов НГУ, выстрелы хлопушек и петард; целая бродячая выставка живых Дедов Морозов и Снегурочек - на любой вкус.

Я ошалело смотрю на всё: кажется, что на улицы вышел просто весь микрорайон. Выясняется, что последние 3 Новых Года температура не подымалась выше -40, и все прогулки сводились к марафонам за спиртными напитками по оцепенелым улицам меж домов, плавающих в характерном для сверхнизких температур молочном тумане; кому бежать очередной раз, решалось всевозможными способами, начиная от игры в преферанс, 100 вистов/одна пробежка, кончая играми типа "Все пьют пиво за столом. Кто первый идёт в сортир, тот бежит за следующей порцией". Поэтому сейчас народ оттягивается за все 4 года сразу!

А потом, уже дома, когда пришёл наш бравый Адмирал Сергей Гелиевич Коковин, мы отмочили спектакль для детей, под названием "Колобок на новый лад".

..........................

Колобок на новый лад.

Жил-был, короче, у бабки с дедкой колобок, да съебался от них, неблагодарный. Навстречу идёт хиппан Зайчишка, "Колобочек, колобочек, а что, если я тебя (с гавном) скушаю?" А колобочек ему: "Да ты что, братушка, ведь все люди - братья! Давай-ка лучше косячку забьём, оттянемся в полный рост!" Оттянулись они, и кинул его колобочек, дальше катится. Навстречу ему - Волк Позорный, реппер гнилой. Идёт в сиську бухой, пританцовывает, в ушах - наушники: "Я тебя съем!" А тот ему наливает, "Мной, мол, закусишь, а пока ещё одну протянем!" - в обнимку с ним потанцевал кружок, дождался, покуда волк свалился дровами, и дальше покатил.

Но вот на встречу ему - страшный косматый зверь, пахан, Хозяин Леса - Медведь. "А ну, казёл, бля, иди-ка сюда, а то суп у меня не наваристый нынче вышел!" А колобок ему и отвечает: "Ты чё, в натуре, отмороженный? С братками с Северного Ледовитого решил пабазарить, да?, Вот тебе расписочка." (%Эти строки позаимствованы из какого-то интернетовского текста, тоже переделки русской народной сказки%) Затрясся тут медведь, задрожал да и слинял во мгновенье. А тут уж Лиса с Тверской крадётся: "Откуда ты такой румяненький, можно тебя пощупать, а?" А колобку и лестно, и страшно. Но барыню московскую откатать хочется, прям невтерпёж, вот он и поверил, и позволил подойти ей, а сам - начеку. Лисичка опять: "Ну что ты такой застенчивай, а? Ну где твоя Мужская Гордость? Откуда ты такой пришёл?" Слово за слово, лисичка всё ближе крадётся, под видом заигрывания. А потом - РАЗ!! и съела его. Одним махом проглотила.

А колобок не будь дурак бутыль вынимает, и по всему лисьему желудку - водярой. Потянуло тут лисичку на Стравинского, нагибается, ............ Вот такой счастливый конец, а Колобок наш в ручейке умылся, и - горе не беда, дальше себе катится и катится, свободный и беспечный. А что потом было, этого мы, детки, не знаем!

............................

Детям очень понравилось. Колобка играли (как в кукольном театре) мы с Андреем, а последовательных персонажей - Коковин и Саша Тонис. После этого, однако, ещё сидели до 3-х ночи, всё какую-то теологию и философию обсуждали, спорили о чём-то непонятном и, главное, бессмысленном. Даже Новый Год по Москве бессовестным образом проебали, пардон за выражение.

2002 - последний в нашей уникальной жизни симметричный год. Уникальной - потому, что именно нам выпало застать два симметричных года (ещё 1991), как многие, вероятно, заметили. Он нас застал в унынии и похмелье, до такой степени, что даже на лыжах не пошли. И дело не в выпитом спиртном, а в том, что на улице стояла чисто московская погода - хмурь и что-то около нуля. Покатали мы детишек на саночках, и этим ограничились.

Зато на следующий день была обширная культурная программа. Утром мы таки укатили на лыжах, несмотря на 0 градусов. Ветер рвал нас на части, пригибал к земле. В лесу мы обнаружили Снежную Бабу, профессионально выполненную руками умелого ваятеля - её формы были столь натуральными, что хотелось повторить подвиг древнего скульптора. Галатея эта стояла здесь как минимум два дня: судя по следам, её строили в Новогоднюю ночь. Видно, что народ здесь уважает и ценит истинное искусство, не то что у нас в Москве, где полутораметровый фаллос, слепленный в Лосином Острове, не простоял и полдня.

То и дело выглядывало Солнце, мигало нам и снова скрывалось, а ветер всё бушевал, бушевал, и когда мы выкатили на лёд Обского Моря, нам представилось, что это - бескрайние полярные равнины где-нибудь на 88-м градусе северной широты, скажем, в мае. Ветрило прочистил нам горла, а там, откуда он летел, на границе неба и льда, возникали странные фигуры из облаков, подобно чудовищным горам, и кончилось тем, что на горизонте всё расчистилось.

Мы подкатили к проруби. Вокруг неё была выстроена ледяная стена, потому что иначе купаться бы просто было невозможно - всю одежду бы ветром унесло, да и при таком ветрище поди залезь туда. Прорубь там страшная, безо всяких лесенок и подпорочек, а глубина-то 7 метров! Вот и представляешь себе весь ужас своего положения, когда, нырнув, попадаешь под лёд и судорожно высматриваешь, где же там наверху это спасительное окошко, в то время как тебя неумолимо сносит подводным течением....... И всё же мы преодолели страх и отметили своё присутствие в Новосибирске зимним купанием.

И тут, в награду за нашу смелость, засияло солнце. Окончательно и бесповоротно, оно улыбалось нам, была настоящая, ослепительная весна, ветер тряс капельки воды на деревьях, всё ожило. 2 января! Температура, казалось, была +3, не меньше, по крайней мере купанье наше по ощущениям было типичным мартовским купаньем в Москве, даже руки не пришлось отогревать специально. В лужах отражалось голубое небо......... Так я наконец побывал в Сибири весной.

А вечером был мой доклад в институте математики. Я к нему тщательно "подготовился" - умял 150 грамм для смелости. На проходной меня останавливают: "Куда"? - На доклад! - На чей? - На свой! У старика на лице выражается недоумение, смешанное с недоверием. В самом деле, перед ним в валенках и неподобающей одежде стоит бородатый неформал, от которого разит водкой, и заявляет, что пришёл докладываться. К счастью, тут спустился Сергей Гелич, видно, почуяв неладное. Похлопал меня по плечу, подтвердил сказанное мною, и мы пошли наверх.

В институте математики царит атмосфера минувшей эпохи (хоть я её толком и не застал). Типичный "институт", где сидят, гоняют чаи, и между дел обсуждают статьи, продвижения, новые идеи. Никакого этого дурацкого евроремонта, никаких бессмысленных понтов - просто институт, где занимаются наукой. Расположен он на проспекте академика Коптюга, вместе со множеством других институтов. Всё рядом, Сергей ездит из дому на велосипеде - 2 минуты. За институтом - лес, высоченные сосны, а если его пересечь - там корпуса общаг, столовые и пр. Идеальное место для научной работы.

После доклада мы отправляемся из аудитории в комнату, где пьют чай, и с семи вечера до часу ночи (!) там "заседаем". Снова - споры, о судьбах планеты, о каких-то там разных культурных нормах, Чингизхан, блядь, Махатма Ганди, на хуй, племя Миу. Тамошний народ помешан на каком-то там постижении чего-то, совершенствовании себя, пути наверх. А по нашему, братцы, выше жопы всё равно не подпрыгнешь. "Не напрягайтесь, и обломится вам!" Нечего вершить судьбы мира. Путь наверх... Буддизм какой-то, муддизм (надеюсь, никто не обидится на это - тем более, что буддистам обижаться запрещено). А мне вот как-то раз маленький ребёнок сказал: "Бог - это что-то большое, мягкое, тёплое, размером 5 метров, к которому всегда можно прижаться". Я бы очень хотел постичь такую истинну, но никакое "самосовершенствование" в этом, конечно, не поможет.....

И на следующий день мы уехали в Красноярск, так и не дождавшись обещанных лютых морозов, и унося с собой воспоминания о вечерних посиделках, об умных, начитанных, всегда открытых новым идеям Новосибирцах. Спасибо, друзья! Это было классно.

Продолжение следует.............