на главную страницу на главную -- библиотека -- о сайте

Энгозеро и река Воньга

И.Бахолдин

Поход состоялся в июле 1985г. Байдарки Таймень-2 (моя) и Таймень-3 (общественная Отдела теоретических проблем, я ее взял). На Таймене-3 в центре сидела девушка Наташа. Маршрут порядка 130-150км, наверное, 11 ходовых дней. Мы проходили пороги 2кс, но назвать этот поход спортивным язык не поворачивается, уж больно медленно шли.

Первый день. Приехали на станцию Энгозеро на Мурманском поезде в середине ночи. Собрали байдарки у залива озера, переплыли на мыс, расположенный недалеко от поселка, поставили палатки и легли спать. Проснувшись, безуспешно пытались ловить рыбу спиннингом.

Второй день. Наконец пошли в сторону пролива между ближайшим к железной дороге плесом и основной частью озера. Пока дошли до пролива, появился встречный ветер и поднялась волна. После выхода из пролива гребли со всей силой, но еле двигались. К нам приплыли на парусном катамаране спасать нас. Я им объяснил, что у нас все в порядке. Далее вошли в пролив между северным берегом озера и довольно крупным островом, где остановились на ночевку.

Третий день. Переместились куда-то западнее, остановились на южном берегу Энгозера.

Четвертый день. Вышли из Энгозера через протоку, в Пайозеро, потом в Чогозеро, вошли наконец в Воньгу, где были несложные перекаты. Перед входом в Воньгу столб с табличкой с туристическим остроумием: река Воньга, чайникам вход воспрещен. Остановились после первого переката в сосновом лесу.

Пятый день. Вошли в Пильдозеро, начался дождь, остановились недалеко от того места, где на яндексе обозначен населенный пункт Пильдозеро, но там ничего не было, кроме пустоши с кустарником. Дождь сразу же закончился. Гуляли по окрестностям. Встретили женщин с машиной, отдыхающие. Они приехали с Мурманской трассы и возмущались, что заехали так далеко, а тут полно народу.

Шестой день. Повернули на запад и прошли под мостом дороги. Есть ли проход под мостом севернее, как показано на схеме яндекса и снимке из космоса, я не знаю. У нас были схемы из отчета Московского турклуба, там прохода кажется не было отмечено. Опять вошли в Воньгу. Затем было Синдамозеро. На ночлег остановились после выхода из него прямо на противоположном берегу.

Седьмой день. Прошли Мурамозеро, и опять вошли в Воньгу. Здесь встретились первые серьезные валунные шиверы. Остановились между двумя из них. Я распорядился высаживать Наташу и проходить на Таймене-3 такие шиверы только вдвоем. Этим я довел ее до слез. Меня спрашивали, о чем я больше забочусь, о ее безопасности или о сохранности байдарки. Наверное и то и другое. Подобные шиверы попадались и ниже, но я упоминать о них не буду, они все были похожи друг на друга. Ходили в гости к соседям, которые были неподалеку на Мурамозере. Потом мы регулярно встречались с этой группой на стоянках и на воде.

Восьмой день. Проходим озеро Гагарино, поселение Гагарино не обнаружено, заросли крапивы, нашли только дождевого червя в рыхлой почве. Опять входим в Воньгу и останавливаемся. Вечером после пьянки катаемся кругами по реке впятером на Таймене-3. Четверых он свободно держит. А пятый - уже плохая остойчивость. Миша Сорокин, мой одноклассник, для общего блага решает прыгнуть в воду.

Девятый день. Дневка. Дождь.

Десятый день. Опять плывем. Начался сильный дождь. Останавливаемся, видимо, на озере Собачьем, надо сушиться. Корчуем старые пни хвойных пород. Они хорошо горят. У нас с собой был мощный кованый топор с длинной ручкой, который мы нашли на первой стоянке. Потом собираем грибы, огромные подосиновики.

Одиннадцатый день. Проходим частично порог Собачий. Он заканчивается сливом водопадного типа, требующим обноса. В другой группе одна байдарка не успела вовремя высадиться на берег. Им удалось закрепиться с помощью веревки на якоре посреди реки. Потом их оттуда снимали с помощью каяка. Позже я узнал, что годом раньше здесь был мой одноклассник Жора Ремизов (ныне в США). Они, оказывается, тут стояли, размышляли о жизни и по пьяни ночью перетащили якорь с берега на середину. У нас же был дождевой паводок и о переноске такого якоря даже и думать было нельзя. Доходим до озерного расширения перед порогом Вяккер. Река разбухла. Порог производит страшное впечатление, километра два-три сплошной пены. На другом берегу стоял памятный столб о только что погибших здесь.

Двенадцатый день. Обносим порог. В Таймене-3 решили, что уже все, и не пожелали одевать фартук и и спасжилеты, а я не обратил на это внимание. Перед железной дорогой оставался еще один порог, не расцениваемый в описании как серьезный. Но при дождевом паводке он стал сложным. Мечта Наташи пройти порог сбылась. Я на двухместке шел впереди и не мог обернуться, посмотреть назад, что происходит с тройкой. По словам Алексея Беляева Наташа стала кричать, высадите меня, высадите. Вскоре байдарка ударилась о камень и ее высадило. Так что и второе желание сбылось. Беляев одной рукой держал Наташу, а другой байдарку, ему удалость после железнодорожного моста как-то дотолкать все это к берегу. Ильичев же поплыл, держась за весло к Белому морю. Потом он прицепился к нашей байдарке. Мы доставили его на берег. У трешки был сильно погнут фальшборт и стрингер. Стрингер потом я дома распрямил. Фальшборт сломался, его пришлось укреплять алюминиевым элементом. Но это мелочь. Вот двое других из Отдела теоретических проблем взяли общественный Катран и в первом же походе на Кавказе завязали из него галстук. Каркас восстанавливали деревом. Катран списали, а его остатки им подарили. Но я отвлекся. Дров у моста не было. Зато у железной дороги лежала куча старых шпал. Мы попросили у соседей пилу (наш могучий топор был оставлен на стоянке перед Вяккером), распилили шпалы и развели большой костер. Утопленники отогрелись.

Тринадцатый день, вернее ночь-утро. Идем вдоль путей на станцию Воньга и залазим в остановившийся на несколько минут поезд. Проводники спят, но оставляют некоторые вагоны с незапертыми дверями. В Кеми выскакиваем, бежим до кассы и берем билеты на те места, где мы уже сидим. Вот такая там была система. Сейчас стация Воньга ликвидирована, наверное там останавливается только электричка. Нужно идти через Белое море в Кузему. Мне тогда именно так и хотелось сделать. Но не удалось, поход слишком растянулся, Андрею Ильичеву нужно было на работу, а авария все решила окончательно.

В те времена на Карелию было много запретов: контрольно-спасательная служба (без маршрутной книжки могли отправить обратно), рыбозащитные запреты, погранзоны. Это был один из немногих доступных маршрутов и там было много народа. Сейчас выбор большой и наверное там свободней. Еще не было хороших карт и жпсэсов, все по схемам и с компасом, а на Энгозере ориенироваться трудно, сейчас даже удивляюсь, как это было возможно. Для профессионалов вроде Долгова, о котором я упоминал в описании Мсты, это был простой поход. Когда сотрудники ОТП его спрашивали про Воньгу, он думал, что они туда собираются съездить на майские праздники для тренировки. Ягод у нас почти не было. Зимой все вымерзло. Грибов было много. Рыба почти не ловилась. Ильичев один раз поймал маленькую рыбку. Вот в соседней группе при нас принесли щуку, но там был специалист.


http://igor-bakholdin.livejournal.com/5941.html