на главную страницу на главную -- библиотека -- о сайте

По следу пьяного бурана
Душой и сердцем с группой Дмитриева.

Поход "Академгородок - Искитим",
совершённый в субботу 01.02.03,
синхронно московскому "86 км за 1 день"

Мата нет!
Алексей Савватеев

Краткая справка: Новосибирский Академгородок - мозговой центр мира - расположен в 30 км к югу от основного города, на берегу Обского Моря - сумасшедших размеров водохранилища на реке Обь. Помимо Оби, вода затопила и речку Бердь, правый её приток. Так образовался "рукав" водохранилища, вдоль которого пролегает железная дорога на юг - в Барнаул и далее, в Казахстан и на Алтай (до Бийска). В месте, где начинается подпор на Берди, стоит город Искитим. Академгородок находится в районе самой плотины, в 30 километрах по прямой от Искитима. Вот только пройти по этой прямой затруднительно.....

...

Захватив в Сибирь лыжи, я не очень-то надеялся на долгие странствия: в Сибири, как правило, мороз. Но в этом году всё стоит вверх ногами, и Академгородок встретил меня температурой -12 и солнышком, кокетливо выглядывающем из-за серебристых облаков. Кто не в курсе: -12 в Новосибирске - это курорт, ощущения как при -2 в Москве в разгаре марта при палящем солнце. Поэтому, потормозив малёк с утра, мы с другом Сергей Геличем Коковиным выползли из дому в направлении купальни: 11:00 (как раз в тот момент, когда Дмитриевцы стартовали в Подмосковье - разница во времени составляет 3 часа).

Планы были туманные и несформированные. Уходя, я взял компас и карту, стандартно пошутив, что пессимист бы взял фонарик и спички. Ни еды, ни питья не взял (но взял кошелёк). Купаться мы пошли не на море (поднимался ветер, на море было бы неуютно), а к ручью, вытекающему из озера. По пути встретились очень веселые горки, и я подумал, что, может быть, вообще ограничусь катаньем с них. Но всё вышло иначе.

Расставшись с Геличем у пруда, я покатил по лыжне в погоне за солнцем (то есть, на юго-восток). Лыжней там видимо-невидимо, но я старался придерживаться выбранного курса. Катилось легко (особенно после купанья), и вскоре я съехал к речке Шадриха, отметив про себя, что весной по ней надо бы сплавиться. У реки лыжня уверенно повернула назад.

Подумав, я повернул вместе с ней, отбросив тем самым планы долгого похода. Местность там, кстати сказать, довольно любопытна, и чем-то смахивает на Карельский Перешеек: очень частые крутые подъёмы, глубоко размытые долины ручейков. Быстро устаёшь терять и набирать высоту. На холмах покачиваются на ветру исполинского роста берёзы, создавая ощущение марта, особенно когда выглядывает солнце.

Но в какой-то момент лыжню пересекает чёткий, уверенный след бурана, уводящий снова на юго-восток, то есть туда, куда я изначально стремился. Сомнения были отброшены, и я "взял след".

Спустившись вместе с ним к реке и благополучно её пересекая, я услышал в кустах шабуршанье. Из-под снега, лениво взмахнув крыльями, взлетела какая-то неведомая мне птица чудовищного размера. Я в восхищении застыл, разявив рот. Вокруг всё было такое новое, незнакомое, состояние типа "в предвкушении чудес". Под этим впечатлением я прошёл мимо, как оказалось, последней за долгое время деревни.

След бурана постепенно поворачивал на восток, даже с северным уклоном. Километров 5 я ему верил, что это не навсегда. Однако тенденция была неутешительной, и я попытался пойти своим путём.

Дорогие коллеги! Даже самый опытный турист, попадая в незнакомую обстановку, может лажануться как малый ребёнок. Впервые укатив на весь день на лыжах по Сибирской земле, я не учёл двух главных отличий от нашей Московской Области. Первое отличие состоит в том, что все населённые пункты - это большие деревни или даже сёла, и встречаются они крайне редко, типа одно на 500 квадратных километров. Соответственно, мало и дорог.

Но это я осознал позднее. В тот момент я обнаружил второе отличие: в Сибири выпадает во много раз больше снега. Глубина снежного покрова составляет в этом году в среднем 120-150 сантиметров, то есть, выше пояса. И самое главное, не бывает оттепелей (абсолютно единственное исключение - прошлый год). Поэтому нет и наста. Итог: тропёжка неосуществима. Просто не существует способа идти своей дорогой, по крайней мере на беговых лыжах. Даже если ты на секунду добился того, что толща снега удерживает тебя на уровне 20 см вглубь, сделать шаг нельзя - палки уходят по рукоятку, и лыжи вслед за ними, вместе с ногами, по самое интересное место.

С лёгким беспокойством вернулся я на след бурана. Я понял, что прикован к нему намертво, "вправо-влево наклон - упадёт, пропадёт". А с бураном начали твориться чудеса.

Сначала я увидел следы водителей на снегу (на самом деле, бурана было два). Пустая бутылка, ошмётки еды. Мне стало не по себе. Я представил себя самого, пьяного, за рулём супер-машины, колесящего снежную равнину вдоль и поперёк, оглашающего здоровым, весёлым матом всю безлюдную округу! А теперь я сам должен повторять следы своих буранных фантазий на лыжах - так это может долго продолжаться! Последний раз я оглянулся - может, назад?

Нет, нет и ещё раз нет. Вот она, дорога, до неё не больше 4 км по прямой, дорога торная, асфальтовая, по ней уже можно будет выбраться в цивилизацию. А назад путь неблизкий! Я тряхнул головой, и побежал навстречу своей судьбе. Было часа 3-4 дня (я без часов).

Некоторое время буран метался в поисках переправы через речку Шебаршиху, потом на том берегу решительно взял по градиенту уклон в 15 градусов! (Кто ходил в горы, тот знает, что такое НАСТОЯЩИЕ 15 градусов; прочие сочтут, наверное, что это - сущие пустяки). Я не мог представить себе, как это возможно, разве что дух алкоголя помог им взлететь по склону. Я же долго, мучительно преодолевал этот подъём, потому что идти можно только строго вслед за ними, а колея не такая широкая - раз 10 я падал в снег, предотвращая скатывание назад. Хотелось жрать и пить.

Наверху обнаружилось, что разыгрался настоящий ураган. Ветер с юга дул остервенело, проникая в самые укромные уголки. След был заметён, но угадывался. Он медленно, полого съезжал в долину очередного ручья. С вершины холма было видно во все стороны, далеко-далеко. Ни домика, ни намёка на цивилизацию.

Вроде как я пока что контролировал обстановку по карте, и понимал, что до дороги остаётся полтора километра - НА ЗАПАД. В планах бурана, однако ж, Запад явно не стоял, он совершал случайные блуждания со сносом, скорее, на восток. Я же утешал себя, перед лицом надвигающихся сумерек, что дорога есть и с другой стороны (правда, несколько дальше).

Опять следы на снегу, опять валяется пустая бутылка из-под водки, да ещё несколько пивных в придачу. Как следствие, буранный след приобретает новые пикантные черты - такие, как частые самопересечения. Сначала я поймался на этом, подумал, что это другой буран, более трезвый. Потом понял: без шансов. Я приговорён к моему злосчастному бурану, в назидание за моё пьянство и буянство! Мне осталось только покорно принять эту долю.

Буранный след пересёк, с горем пополам, речку Коён, оставив после себя небольшую прорубь. Пришлось её, с замиранием сердца, перепрыгнуть. На том берегу, уже в сумерках, буранный след резко отпечатался двумя ведущими лыжами на крутом обрыве ручейка. Это киль. Беспорядочные следы на снегу. Крови, слава Богу, не видать - "пьяному - море по колено". Но ещё парочка пустых бутылок валяется - килевые.

В сущности, мне очень хотелось верить, что назидание - назиданием, но всё же Господь Бог меня выведет отсюда. И вот, "минус на минус даёт плюс". Народ на буранах после киля моментально протрезвел. След моментально стал прямым, целенаправленным. Азимут - юго-восток.

И тут впереди я увидел красную машину, вспарывающую снежную пургу. Дорога!!! Я встал, снял шапку. Постоял с минуту, мысленно выражая свою благодарность. Последние 200 метров были великолепны - потому что буран не имел планов выезжать на дорогу. Если б не эта единственная невесть откуда взявшаяся машина, дороги бы я не заметил - ураган, белое молоко, "порывы до 20-ти метров в секунду".

На дороге возникла дилемма: 9 км до деревни Морозово, и потом через замёрший залив к электричке, или 22 км до Искитима. Я не знал, что ждёт на Обском Море в такой ураган, бывали случаи, что люди терялись в пурге и на меньшем расстоянии от жилья. И я двинул в Искитим.

200 метров по пояс в снегу я преодолевал столько же, сколько первые 5 километров по дороге - она сначала имела северо-западное направление, по ветру. Но потом она резко свернула на юг, в точном соответствии с картой. Километровый столб вынес мне приговор: 17 километров оставалось до конца. Голод куда-то провалился, сменившись абсолютным вселенским покоем, нирваной. Ноги передвигались сами, ветер даже почему-то не очень мешал. Только на вершинах холмов он дул с такой силой, что техника передвижения скорее напоминала преодоление крутых подъёмов в горах. Лявочорр всплыл из глубин сознания.

В стороне на снегу метнулся како-то зверь, я не успел его разглядеть. Я рявкнул на него, и он, слава Богу, убежал - не уверен, что у меня хватило бы сил на борьбу (хотя переспектива перекусить волчатиной казалась заманчивой!).

Собственно, рассказ подходит к концу. Ближе к Искитиму меня подобрал рейсовый автобус. Его прибытие на вокзал было подгадано к электричке. Друзья, вы там в Москве прошли свои 86, а я здесь - не больше 55-60. Но поверьте на слово: я отработал на славу!