на главную страницу на главную -- библиотека -- о сайте

Река Восточная Лица, Е.Антропов, 1967 г., отчет 1702 библиотеки МГЦТК

Конспект отчета библиотеки МГЦТК. Единственный известный мне поход на Восточную Лицу. Хотя связка с Харловкой очень перспективна.

Отчет набирался почти as is, по возможности сохранена и авторская верстка. Выброшены данные о температуре воздуха (очень плохо распознавались) и 1-2 совсем нечеткие фотографии. Оглавление переставлено в начало - в html было бы странно искать его в конце.

Распознавание и верстка - Дмитрий Шварц, (499)6174902, shvarts@mccme.ru
С удовольствием отвечу на вопросы.


МОСКОВСКИЙ КЛУБ ТУРИСТОВ ДСО "СПАРТАК"

ОТЧЁТ

о байдарочном туристском путешествии V категории сложности по маршруту: Краснощелье - р.Сахарная - р.Кулиок - р.М.Рова - р.Рова - р.Иоканга - - Порос - Озеро - оз.Лица - р. В. Лица - Баренцево море.

Руководитель Е.Антропов

Москва 1967 г.

Схема маршрута

ОГЛАВЛЕНИЕ

Общие сведения о маршруте
Описание маршрута
Литература
Дневник путешествия
Смета путешествия
Фотографии

Общие сведения о маршруте

Маршрут настоящего путешествия, начинаясь в лесной зоне пересекает зону лесотундры, во второй половине проходит целиком по классической горной Кольской тундре среди горных массивов Кейв, и заканчивается на берегу Баренцева моря. Проходя в стороне от "торных дорог" обычных Кольских маршрутов, маршрут этот обещал обилие рыбы и дичи, нетронутую красоту дикого ненаселенного Севера, своеобразие "тундровой" жизни и, главное, манил нас своей неизведанностью: до нас там никто не бывал. Мы сознавали, конечно, что за все это нам придется "расплачиваться" тяжелыми обносами, преодолением многочисленных порогов, длительными переходами по озерам, возможно с большой волной. Но все это было не впервой,и мы отправились.

Время путешествия - август месяц - рискованный вариант, так как можно "застрять" из-за длительной непогоды, например, на Баренцевом побережье (в плохую погоду пароходы не заходят в маленькие населенные пункты). Однако в нашем случае срок был запланирован в связи с возможностью отпусков и выбора в этом отношении не было.

Протяженность маршрута

Общая протяженность маршрута составляет 319 км. В том числе проходится: вверх по течению с преодолением порогов - 60 км, По озерам - 106 км, Вниз по течению с преодолением порогов - 108 км. Пешком (волоки) 45 км.

Общее количество порогов трудно назвать точно. Несколько условно можно выделить:

На р.Сахарная до Кулиока (выше Кулиока р.Сахарная, невидимому, непроходима) - 3 порога.

На р.Кулиок - 12 порогов (некоторые пороги весьма длинны - 100 м и более).

На р.Рова - 10 порогов.

На р.В.Лица до первого каньона в 20 км от устья - 30 порогов.

Всего: 55 порогов.

Далее, до моря, р. В. Лица представляет собой сплошной порог, местами переходящий в шиверу.


Подъезд к исходной точке (с.Краснощелье) - самолет от Ловозера (билет стоит 7 р, 1кг лишнего груза 9к., продолжительность полета 45 мин.).

Обратный выезд - пароходом в Мурманск. Пароход Мурманск - Гремиха ходит 1 раз в неделю. Пароходы экспрессной линии Мурманск-Архангельск в В.Лицу не заходят. Возможен осмотр птичьево заповедника "7 островов".

Длина маршрута и его трудоемкость таковы, что планировать на него следует не менее 30 дней, кроме того, всегда имеется некоторая неопределенность с транспортом на выходе (в Баренцевом море).

Описание маршрута

Весь маршрут естественным образом распадается на 3 участка:

I. с.Краснощелье - р. Поной - р. Сахарная - р.Кулиок - ручей Белько-Во - волок в р.М.Рова.

II. р.М.Рова - р.Рова - озера.

III. Плавание по р.В.Лица от истоков до Баренцева моря.

Почти весь первый участок, от Краснощелья до 1-го водораздела проходит в зоне леса и лесотундры. P. Поной от с.Краснощелъя до р.Сахарная - широкая относительно спокойная река шириной до 50 м. На берегах смешанный лес и покосы. У устья p. Сахарная - порог, выше которого не ходят Краснощельские жители.

Р.Сахарная от устья до впадения р.Кулиок - шириной 30-40 м, дно песчаное, плоское, местами завалено валунами, по берегам густой (по Кольским понятиям) хвойный и березовый лес. В устье - порог, 500 м выше - еще порог. После правого притока - линия телефонной связи. Здесь на правом (орографически) берегу - избушка, на левом - старая коптильня. На левом (орографич.) берегу местами - сосны с ягельником. Правый приток малозаметен. Сахарная проходится за 3-4 часа в основном - на веслах.

Р.Кулиок, шириной 10-20 м, у слияния с Сахарной - почти сравним с ней по ширине, только глубже. Сильно петляет по лесу, примерно, через час ходя от устья на левом берегу - скальный выход с хорошим обзором окрестных высот, но не самого ручья (скрыт в лесу). Берега заболоченные, поросли высокой травой. Место для стоянки выбрать трудно. Скорость движения на веслах вверх - 3км/час. Через 6-7 часов движения - река выходит из леса, начинаются пороги. На левом и правом берегах - брошенные казармы. Реку пересекает линия телефонной связи. Начиная от казарм - падение реки 2-3 м/км и еще нарастает. Пороги очень длинные, заваленные камнями. Всего их на р.Кулиок и на ручье Белько-Во - штук 15 (местами реки сплошь пороги). Дело усугубляется очень малым количеством воды на Кольском в этом году.

Ручей Белько-Во, шириной 3-4м, местами совершенно мелеет, требуются обносы. В среднем течении с Белько-Во видна на Север белая пирамидальная вершина (предположительно г.Юмперуайв). Волок на р.Рова следует делать значительно приблизившись к г.Юмперуайв и имея ее слева от реки. В этом году вследствие малой воды это невозможно. Решено волочиться на северо-восток в долину р.Малая Рова. Волок в р.Малая Рова проходит по сухим гребням. За ориентир может быть взята г.Ровгора, видна на С-В и имеющая характерные очертания вида:

Длина волока - 12км.

II участок

Р.Малая Рова до Ровозера - узкий ручей (1,5-2м), спадающий с водораздела в долину водопадами и текущий по длине в густых зарослях тальника. Совершенно ясно, что до нас здесь не проплывала байдарка, поскольку, чтобы это стало возможным, нам приходится прорубать "коридор" в тальнике топорами. Оз.Ровозеро - мелкое озеро с плоским каменистым дном. Берега "шхерного"'типа - т.е. из воды торчат острые камни разных размеров и формы. Идти следует осторожно - волна может "посадить" на острый камень. В Северо-восточном углу - несколько пляжей из белого песка. На Западном берегу - обрушенные палатки старой стоянки геологов.

Р.Малая Рова после Ровозера - немного шире, чем до озера, но местами сплошь заросла тальником, без топора не пройти.

Р.Рова ниже устья М.Ровы представляет собой чередование плесов шириной 20-30м и порогов. Пороги, в основном, в виде нагромождения валунов, сплошь перегораживающих реку, длиной по 50-100м. Почти все пороги требуют проводки. Возможно, что в более водный год часть из них могла бы быть пройдена на плаву. Нижняя часть р.Ровы, за 15 км до впадения в Калъмозеро - более спокойна, пороги отсутствуют.

Озера Кальм, Бутылочное, Колм (состоящие из 2-х больших озер, названных "Башмак" и "Амеба") и Порос-озеро сравнительно просто проходятся в безветрие, но при ветре могут "угостить" очень сильной волной. В Кальмозере и Бутылочном - много мелких камней, остальные озера глубокие, камни лежат только в горлах и протоках, соединяющих озера. В протоках между озерами также обязательно по 2-3 порога. Вход в очередную протоку с озера следует отыскивать ориентируясь на карту и 2 весьма четких показателя:

1) Примерно с середины озера (или с высотки на берегу) выбирается наиболее глубокий распадок в окружающих горах и

2) По мере подхода к распадку по воде нужно искать песчаные или глинистые высоты - отмели, намываемые вытекающей протокой. На всех озерах по нескольку островов и мысов, за которые можно прятаться от ветра и волны при прокладке курса.

На этом участке встречаются первые люди: на Кальм-озере (в северном конце) стоянка оленеводов и метеостанция (можно купить немного продуктов и отправить радиограмму. Народ на метеостанции очень приветливый). В конце Пярос-озера - стоянки оленеводов. Отсюда следует уходить на волок на оз. Лице.

Волок прост, но трудоемок. При движении на С-С-В пересекаются два сырых распадка. Через 5-6 часов движения слева - болотистая котловина. На С-С-3 просматриваются большие озера, возможно Харловского бассейна. На С виден тур, похожий на обелиск на пологой вершине. Эта вершина подпирает озеро Лица, вид на которое открывается только от самого обелиска. По пути много старых шурфов, вырытых когда-то геологами. Но встреча с людьми до побережья маловероятна.

III. Этап маршрута

Этот этап может быть разделен несколько условно на 3 части. 1) Горный участок. 2) Относительно равнинную часть. и 3) Каньонный участок.

1) На первом участке длиной ~80км река В.Лица представляет собой чередование озер и озеровидных уширений, образованных каменными чашами в скальном грунте и крутых загроможденных порогов, по которым вода сливается из озера в озеро. Падение на порогах - 5-6 м/км. Пороги в основном по 200-500м длиной лишь изредка проходимы на плаву, как правило же требуют трудоемких проводок и обносов. Обширные озера, открытые всем тундровым ветрам, постоянно неспокойны. Много рыбы - исключительно щука и кумжа. Классический хариус в реках северного стока не водится. Отыскание выхода из очередного озера иногда затруднено, так как берега представляются с воды непрерывным каменным барьером. Здесь нужно ориентироваться в основном на рельеф - выбирать наиболее глубокий распадок в окружающих сопках.

2) Равнинный участок длиной ~20км. Здесь река относительно спокойна, но мелка и загромождена камнями. Кое-где появляется тальник и травянистые полянки, которых не было от самого Кулиока. По берегам бегает много оленей. В конце участка Круглое озеро, затем долина сужается и начинается

3) Заключительный Каньонный участок длиной 20 км - до устья р.В.Лица на Баренцевом побережье. Участок начинается 400 метровым порогом, требующим проводки или обноса. Затем идет быстрая шивера со множеством сливов, приводящая ко входу в первый каньон. Здесь - мощный порог, который обносится. Далее река течет по дну каньона со скальными стенками из красного гранита. На всей длине каньона это сильная шивера со множеством камней и мощных коротких сливов. Каньон "заперт" стенкой, от которой река сливается вправо мощным прямым сливом (он проходим) в крутую ванну и опять заворачивает налево, к северу. Далее следует некоторое уширение долины, которая перестает быть каньоном, однако река сплошь загроможденная камнями, так же трудоемка для плавания. Шиверы сменяются порожками, струи растекаются в каменных лабиринтах, очень затруднен выбор основной струи, требуется высокая маневренность и слаженность действий экипажа. Еще требуется очень много резинового клея для ремонта лодок. Ширина реки здесь мерами 40-50м. Следует соблюдать большую осторожность и разведывать все сливы и, вообще, неясные участки так как впереди большой падун - водопад с высотой падения 19м. Водопаду предшествует такая обстановка: плавный поворот долины налево, проволочный загон для оленей на левом берегу (на одном из столбов опрокинуто старое ведро), затем резкий поворот направо, к северу и здесь - падун. Шум порогов и шивер заглушает гул падуна и он не заметен до самого близкого расстояния. Еще раз подчеркнем обязательность постоянной разведки на этом отрезке.

Обнос падуна возможен по скалам правого берега, длина обноса - 50м. Снизу открывается захватывающий вид на водопад. Под водопадом бьется семга, мечтающая преодолеть 19-ти метровый падун. Она свечкой вылетает из воды и поднимается на 1,5-2м "ввинчиваясь" в струю; потом падает назад и принимается за это безнадежное дело снова и снова. Поразительна сила инстинкта в живой природе!

Ниже падуна река течет опять в каньоне. Пороги здесь очень мощны, перепады по 1,5-2м на слив и очень извилистый ход. Ниже падуна было пройдено за целый день еще около 1,5-2км. Здесь было решено (после консультации с пограничниками) плавание закончить и выбираться к морю пешком. (10км по тропе через сопки). Река далее до моря (~5км) все время течет в глубоком каньоне и представляет собой сплошную шиверу, то и дело переходящую в пороги, среди которых, по-видимому, мало проходимых, даже проводкой.

Подробности прохождения маршрута красочно изложены С.Петровым, который добросовестно вел публикуемый далее дневник путешествия даже в самых экстремальных ситуациях этого нелегкого пути.

Литература

1. В. Царенков, О. Славянский "Туристские путешествия на Кольский п-в." ФиС. 1966г.

2. Водноэнергетические ресурсы Кольского полуострова. 1958 г. Труды Кольского Филиала АН СССР.

3. С. Болдырев, В. Журов, Е. Косарев. "Сложные туристские походы".

4. Е. Антропов, Петров. Отчет о водном путешествии на Кольский полуостров по маршруту Ловозеро - р.Курга - Ефимозеро - р.Лебединая - р.Ленявр - оз.Верхний Ленявр. ДСО "Спартак" 1966 г.

Дневник

28.7.1967. Пятница, день открытия летней Спартакиады Народов СССР.

Последняя неделя была довольно нервозной и напряженной, наполнена беготней по магазинам в рабочее время, шитьем, сваркой полиэтиленовых курток, проклейкой байдарок и т.п.

Сегодня, собравшись на Ленинградском вокзале за 40 минут из трех точек Москвы, ожидая "Арктику", мы, по видимому, уже твердо можем сказать, сколько нас и куда нас несет.

Итак, нас шестеро. Представляю экипажи:

I.1. Антропов Евгений Тимофеевич - руководитель группы, мнс ФИАН.

2. Васильев Геннадий Васильевич - матрос, "генерал-директор тяги", ст.н.с., ФИАН.

II. 3. Гераськин Георгий Трофимович - ответственный за техническое обеспечение похода, инженер, Р.Т.И.

4. Пономарев Ардалион Владимирович - рыболов-спортсмен, тягловая сила "передового экипажа", инженер, Р.Т.И.

III. 5. Петрова Тамара Трофимовна - "киношница", завхоз, шеф-повар первой руки, ст. инженер ВНИИРТ.

6. Петров Сергей Владимирович (USSR) - Ваш покорный слуга, летописец, фотограф, по должности - по совместительству, инженер, ИФП АН СССР.

Куда мы пойдем - дело темное. Пока удовлетворитесь тем, что мы едем на Кольский, до станции "Оленья'... - да, да, уже едем, ибо проводник пропустил нас с грузом в вагон, груз размещен, где следует и поезд тронулся в нужном направлении. Спокойной ночи, до Питера.

29.7.1967. Суббота; заметьте, еще не отпуск. Был Питер. Вышли: площадь у Московского вокзала забита народом и интуристами, гостиницы - в лесах, строительных, разумеется. Суетно и обыденно.Вернулись к поезду - там Тамара все еще гуляет с Галей - есть у нее в Питере такая подруга - выговаривают друг другу новости за несколько лет. Затем пошла обычная вагонная жизнь: усиленное питание, заклейка дырявых сапог (на заплатах у Жоры расписались), приведение в готовность кино-фото-техники. Начальник по картам разъяснил предполагаемый маршрут. Читали, спали... А за окном - уже Карелия. Много воды. Женя приспособил на свой белый адмиральский берет паралоные рога для того, чтобы авоська не била по носу (вариант сетки Павловского). Во время примерки вид получился (pardon) ослиный.

Кое-где ремонтируют путь - едем тихо. Полной темноты сегодня, по видимому, уже не будет. Ложимся. Завтра поутру выедем на Кольский.

30.7.1967. - Воскресенье, а потому, как узнали позже - нелетный день. Рано. Выскочил из вагона, смотрю - Кандалакша. Впервые встречаюсь с мошкой. Темные тучи идут на север. После станции Апатиты готовим двухминутную выгрузку. Соседи - туристы тоже собираются выскакивать на Оленьей. Только успели выгрузится (За 1,5 минуты) - а было у нас 16 мест, причем Тамара снимала все это в кино (интересно, с закрытым объективом или нет?), - глядь, подходит шофер заказанного еще в Москве автобуса и приглашает грузиться. Мы зовем и туристов - соседей по вагону (идут они на Ловозеро - Цагу - Пану - Варзугу - по довольно заплеванному маршруту) - и мы вместе едем в Ловозеро.

Ярко светит солнце на голубом небе, вселяя в нас радужные надежды на самолет и изумительно освещая розовые ковры иван-чая - букет, приготовленный нам в подарок родным Кольским. Дорогу, по сравнению с прошлым годом, заметно улучшили. В поселке Лов-озеро серьезных изменений нет. Проезжаем на аэродром, узнали, что сегодня мы уже не улетим - идем есть в поселок, в столовую. По пути Женя купил своей восьмилетней Маринке лопарки, примерив их, согласно инструкции, на Тамару.

19.20 - летчики, радисты и пр., полетав на сон грядущий на ЯК-12, укатили вчетвером на одном мотоцикле (!), и мы остались на аэродроме в обществе добродушного сторожа, которого незамедлительно окрестили "дедушкой Ловозерской авиации", и двух современных самолетов: диплана АН-2 (без винта) и моноплана ЯК-12.

Первый вечер наслаждаемся первозданной кольской тишиной - промышленные, транспортные и прочие шумы цивилизации отсутствуют.

Природа тоже умолкает.

31.7.1967. Понедельник. Отоспавшись в зале ожидания, собираемся и интересуемся у приехавшего начальства, когда мы улетим. Обещают - сегодня, может быть, двумя самолетами (10.15 и 16 час.). Однако, весь пришедший утром народ улетел самолетом 10.15, а мы - нет. С воздуха видели знакомые места: Лов-озеро, утыканное островами, Яичное, Яловое, Ефим. Долго летим над сухим краем - только камни, да ржавые пятна болот. Но вот и широкая лента Поноя. Пересекаем сильно петляющий ручей Кульок, весь заросший лесом. Наконец под нами - зеленые квадраты огородов Краснощелья. Приземляемся с лихим виражом, так что земля встает на нас стеной, а горизонт где-то над головой. Выгружаемся и, познакомившись с аэродромным щеном Яшей, следуем к р.Поной по кратчайшему пути.

Вот теперь уже все говорит о том, что мы на Кольском - даже комары жрут всерьез. Отправляемся наводить справки о лодке и продуктах. Хотелось бы 40км широкой реки, обозначенные на карте, пройти на моторе. Воды в этом году мало: трудно будет идти вверх - открылись пороги, мели.

Закупаем продукты. Продавщица нас жалеет, а когда узнает, что мы собираемся идти не вниз, а вверх, признается, что в этом году таких дураков еще не видывала. Закупаем сахар, крупы, а Геня - еще печеночный паштет и конфеты "Морские". Имеются даже сухие дрожжи и дагестанский коньяк, чего нет в Ловозере (везли шоферу из столицы). Потом - снова беготня по поселку - договариваемся с Беляевым и его сыном за 45 рублей - до устья р.Сахарной.

1.8.1967. Вторник. Подъем, комары, завтрак, сборы - все промелькнуло довольно быстро - пора и в лодку.

Плывем. Толя пытается ловить рыбу, Тамара - киношит, Геня и Женя - бреются.

Так без особых приключений мы и добрались до устья р.Сахарной, где распрощались с Юрой, встали на стоянку и начали собирать байдарки. Вечером нас разглядывала любопытная лосиха, правда, издалека.

2.8.1967. Среда. t=11 гр. - имеются комары и мошки, Дежурные Геня и Женя. Варят (200г на ведро) колумбийского кофе и мясо-рисовую кашу.

Дождь, шедший всю ночь, кончился. Банально, но иначе не напишешь: мы пошли - и он пошел (т.е. дождь). Что делать - надели герм-средства, выпустили "дорожки", идем, Сначала клюет, но не берет. Проплываем лосиху, может быть, вчерашнюю, что приходила вечером в гости. Жора кинематографирует ее метров с 10. Лосиха смотрит на все это с любопытством. Подплываем мы с Тамарой - стоит, интересуется. Но вот Томка кричит: "Пиф-паф!" - Лосиха поднимается на берег и удаляется. Через некоторое время, после зацепов об траву и всяких камней, когда приходилось выбирать леску, наконец, у меня взял щуренок примерно на 0,5 кг. Вытащив его в байду, делаем ему экзекуцию Кориным ножем и плывем дальше. Флагманская байда все время отстает, может быть, из-за дождя. По пришествии флагманской байды оказалось, что у них был пропор размером 7 см (на камне в Сахарной). Пока готовился обед, я бегал вверх по Сахарной, по правому берегу, прихватив карты.

Вскоре начался чудесный сосновый бор с ягельной подстилкой на гранитном основании. Иду по лосиной тропе. Встречаются остатки жилья, коптильни. Проследил по карте примерно 1,5 км, до петли, где характер реки резко изменился - на повороте реки вправо (орографически) начался крутой порог. На обратном пути меня поливал дождь. Справа от ягельника увидел болотце со стоком в Сахарную (ручеек я пересекал еще по пути вверх).

Итак, мы, невидимому, нашли слияние реки Сахарной и ручья Кульок. После обеда под дождем (сегодня он что-то особенно часто принимается) клеили Генину байдарку, накрыв ее полиэтиленом и высушив место под заплату спиртом и пламенем горящего плексигласа. Затем загрузив ее, отчалили вниз и вышли в ручей Кульок. Пытаемся удить. У нас с Тамарой - один срыв. Справа по ходу возникает скальная стенка. Мы с Тамарой (по праву первых) лезем на нее и обозреваем мир. Возвращаюсь вниз, зову ребят из подплывающих байдарок. Толя и Жора идут. Фотографируем, пытаемся сориентироваться по карте. Затем сбегаем вниз и плывем до хорошего берега. Берег везде плохой. У Толи - одна щука. Встаем, ужинаем, базарим, спим.

3.8.1967. Четверг. Дежурные - мы с Томой, отчалили в 9.40, остальные - несколько позже. День солнечный. Река здорово петляет, дно сначала глинистое, глубокое, затем - песчаное, с блестками слюды и пирита, песок - буро-красный, вода прозрачна, так что зерна пирита вспыхивают золотыми искрами.

По дороге, идя первыми, спугнули молодую утиную семью, затем - пару лебедей. На обед встали на песчаном берегу, в излучине ручья. Устроили купанье.

4.8.1967. Пятница. Встали, поели, немного посохли и пошли.

Характер реки - почти тот же - стала несколько уже, имеются омуточки и полузатопленные деревья. Понемногу выходим из болота. Снова кое-где видны горы. На берегах стали попадаться большие камни. Пугаем уток. Ярко светит солнце. К обеду поднялся ветерок, сдул кусачих. На одном из завалов я проверил классическую русскую народную пословицу - зарубил сук (точнее, целое дерево), на котором сидел. Дерево стало тонуть, я - с ним: налил воды в сапоги - пришлось заодно стирать штаны и пр. Подошли ребята, стали делать обед. Затем все устроили купанье и загорание при температуре воздуха - 26,7ЬС, воды - 18,5ЬС, песка - 22,5ЬС.

Послеобеденное плавание ознаменовалось окончательным выходом из болот. Песчаное дно сменилось галькой и крупными камнями. Появились водоросли - бледно зеленые "русалочьи волосы" и темно зеленые, будто замшелые камни. Свежий ветер окончательно прогнал кусачих. Идем, раздевшись по пояс, загораем. С сухих берегов тянет пряный аромат.

Проплываем брошенные казармы и линию телефонной связи. Вышли на берег посмотреть - и накинулись на гонобобель. Затем повели лодки в одиночку - уж больно мелкая сейчас река - кое-где плывем, кое-где тянем на веревочке. Идучи по левому берегу, попал на потрясающие заросли черники и гонобобеля!

При таких зарослях должны быть куропатки, а может быть, и медведи. Много сухостоя. Берег твердый, каменистый, ягелъно-брусничный.

Вчетвером ("передовой экипаж" и мы) провели обе наши байдарки в пороге и встали на ночлег примерно в 19.30.

Разожгли костер. Налетела мошка.

Пришла флагманская байда. В пороге на проводке мы сломали ей руль.

После ужина - омовение и - спать.

Шумит река. Наверху тишина. Светло.

P.S. Кстати, спать легли в 21.00 - благодаря четкому дежурству, организованному "передовым экипажем", умело руководимым тов.Гераськиным Г.Т.

5.8.1967. Суббота. Ровно неделю тому назад мы уже ехали на волю. Юбилей!

Подъем, завтрак - и сходу проходим 3-4 порога. Поднимается ветерок, который к обеду крепчает. Кусачих нет.

Около часу проходим развилку (приток по правому берегу, течет в своей, хорошо оформленной долине). Вскоре встречаем группу ободранных ленинградцев из 4 человек; идут с Ефима на Поной. Мы удивили их обилием карт и пообещали болота. Расстались мирно, каждый пошел в свою сторону. Они шли в порочной системе: без сапог, но в кедах. Наиболее положительное впечатление оставил первый вышедший к нам интеллигент в очках, с ружьем и "Зенитом-ЗМ" - Борис Кузнецов (п/я 980); остальные - студенты.

Мы достигли левого притока (сегодня сделали "четверную развилку") и заобедали. Ручей здесь мелкий, русло все в камнях - байдарки приходилось тянуть по двое.

Вечер. Поужинали, сходили наверх г посмотреть завтрашний путь.

Считаем дыры - сегодня досталось и людям и технике. Жора обнаружил дыру в своем сапоге "методом визуализации указательного пальца левой руки". Женя сообщил о двух дырах в "Луче", я тоже обнаружил дыру в корме своего "Салюта". Тома шьет Жоркину палатку - а то их зажирает мошка. Вечер сегодня снова теплый - мошка зверствует, т.к. ветер почти стих.

Наш ручей сегодня совсем обмелел, круто падает. Байда почти все время идет по камням: скрипит, пищит, расстыковываются привальные брусья. "Луч" сидит глубже "Салюта" - Женя с Геней отстают.

Когда от мошки и обилия воды в байдарке стало невмоготу, вылезли на сухой ягельник, проверили продукты в "колбасках" - пока сухие, вещи - тоже, и занялись делом, уже описанным. Вот Тамара кончила работу, собирается есть сжаренные Толей (он же и чистил) грибы.

Место для ночевки сегодня сухое, уютное, много сушняка - все это на пригорке, где мы расположились, а внизу, по берегу ручья - кочки, сырость.

6.8.1967. Воскресенье. Мы с Тамарой дежурные. Днем писать было некогда, а к вечеру зажрала мошка. Сейчас все спят, а я, почесываясь, пишу. Временами налетает ветерок - треплет тент. Однако, по порядку...

Утром клеили дыры в байдарках, Жора с Толей бегали вверх по реке стрелять куропатку - не догнали. Я отнес два рюкзака вверх по Кульоку, чтобы легче было вести байду по порогам - сейчас идем между двумя высотами - самое порожистое место. Светит солнце, довольно жарко, покусывает мошка. Загрузились, идем. Женя - сзади. Остановились: искупались, позагорали - благо ветерок сдул гнус.

Влезаем на почти "безнадежные" пороги, байду снова мордует черт знает как, из под ног вылетает ошалелый хариус. Спугнули полярную сову - та мягко заложила круг и ушла. Наконец куда-то вылезли: высоты отступили, открылись две долины: Кульока и Белько-во - у слияния этих ручьев встали на обед. Сверху вид на пройденные нами пороги еще более жуткий: ручей заваливается между двух высот куда-то вниз, чуть не в преисподнюю.

Пока еще есть береза, устраиваем рогатули и перекладину для костра. Но она уже исчезает. После обеда и некоторого вальяжа - снова вверх, теперь уже направо, по ручью Белько-во. Ручей - ничего, вполне проходим, только в одном месте требует переноса разгруженного байдарок через камень, а так - даже глубокий, сильно петляет, дно - песок, гравий и камни от которых кое-где приходится чистить фарватер.

Заметно набираем высоту. Идем полностью разгруженными байдарками, хотя Женя пытался провести идею с частичной разгрузкой и переносом вещей.

Гремит гром, зажирает мошка. Нас настигает ливень - пережидаем его под полиэтиленом. Гроза быстро уходит по долине Белько-во, мы трогаемся в путь, но уже не надолго: начался жор мошки, время уже 19 часов.

У нас с Жорой с бороды течет кровь из покусов. Хорошо еще, гроза немного освежила.

Встаем, дождавшись начальника. Разводим костер с помощью плекса, ставим палатки и, поужинав, забираемся спать.

Из соседней (флагманской) палатки вскоре раздается храп, а "передовой экипаж" о чем-то еще с пол-часа беседует, говорит, в основном, Жора. Тома заметила, что он стал слишком болтлив.

Томка сменила пленку, пожужжала аппаратом, почесалась и спит.

7.8.1967. После завтрака продолжали вчерашнее занятие. В глубоких местах приходится вырубать тальник, нависающий над водой, когда через него уже невозможно проникнуть байдарку, затем ручей мелеет, ветвится, дно - гравий. Мы уходим вправо.

После обеда решаем идти в разведку. Карта перестала соответствовать местности, притоков больше, чем на ней обозначено. Чувствуется близость водораздела.

Обед. Солнце. Настроение хорошее. Байдарки и шмотки на берегу, общество взобралось на большой камень, тычет носы в карту, а пальцем - в небо, на горизонт - каждый предлагает направление волока (и разведки). В бинокль, на горизонте на высотах видно что-то белое - то ли снег (но мы не так уж высоко), то ли камень. Ребята предполагают, что это мраморные вершины. Только что-то я на Кольском мрамора еще не видел. Скорее уж кварцит. Но сколько же тут его!

Дежурные приступили к своим обязанностям, но поэтическая обстановка заставляет соответственно выражать свои мысли:

Толя - Жоре:

Одно весло откинь - для дела надо.
И ставят трос они через костер,
На камне шмотки сохнут,
А байдарки
Готовы путь держать через вершины гор.

После обеда, захватив ружье, бинокль, карты и сухари, мы с Женей пошли наверх, в северо-восточном направлении, в разведку.

Разведка есть хождение по земле налегке с целью понять, где ты есть и что тебя ждет.

Солнечно. Идти легко, почти везде сухо, идем в кедах. На одной из сопок, промежду делом, лакомясь ягодами, увидели куропачий выводок. Женя одну подстрелил.

Сверху местность хорошо просматривается: высота, долины, болота, озера. Только рек и ручьев не видно. Сток можно угадывать по зелени кустарника и наклону долин.

Поднимаемся и спускаемся, идем по вершинам, пытаясь привязать карту к местности, любуемся наверху бело-розовым кварцитом, лакомимся ягодой. Нашли уютную долину, которая начинается водопадом, низвергающимся в озеро; чуть ниже - еще одно озеро. В долине - микроклимат, ручей течет среди березовых зарослей. Огромные камни нависли над потоком. Ниже - долина выполаживается и ручей течет в тальнике, среди болот, принимая притоки из соседних долин. Вся эта вода уже наверняка будет в Баренцевом" море - северо-восточный сток найден!

Как мы мечтали об этом в прошлом году, пытаясь пробитая на Харловку!

Мы проследили этот ручей значительно ниже, поняли, что через заросли тальника на байдарке нам не пробиться, вышли на бугор, откуда на горизонте в бинокль видна большая вода. Туда же направляется и наш ручей. Путь от лагеря до этого места у нас занял три часа. Пошли назад. Вечереет. Пересекая одну долину, спугнули с черничника мишу - пошел вверх по ручейку от нас галопом. Дразнили нас утки, но сегодня мы уже больше никого не добыли. Всласть наелись ягод, набрали грибов и уже в сумерках подошли к лагерю.

В наше отсутствие вещи были собраны для волока, сварен ужин и на сильном ветру поставлены палатки.

Вечером резко похоладало; из плавок и тиролек перескочили в "зимнюю" одежду.

Еще Женя зачем-то убил красивую чайку: то ли с куропаткой спутал, то ли надоела она ему своим криком...

8.8.1967. Весь день 14ЬС. Волок. Идем челноком. После холодной ночи и ветра гнуса нет. Светит солнце. Для лучшей ориентировки на привалах вывешиваем на деревьях оранжевые спас-жилеты. Вовсю потребляем чернику. Идем вверх, но не потеем. Влезли на продолговатую вершину, где сверкает бело-розовый, сиреневый кварцит и идем к тригонометрическому знаку. По верху идти легче - суше и ровнее. Из-за ветра довольно прохладно. Обедаем на вершине, у камня устроили костер, за водой сбегали вниз. Согрелись, перестало капать из носа. После обеда идем до водопада, снова челноком (пока оставили байдарку).

С инцидентом. Я отстал, потерял группу из виду, в сердцах вытряхнул плохо уложенный Томкой рюкзак, уложил как надо и ушел к водопаду один, без привалов. Возвращаясь, плутанул, но ничего, байдарку на вершине нашел и с ней - снова к водопаду. Смотрю - часть вещей уже на скалах, ушли за остальными - значит все в порядке. Тома на меня сердится... молчит. В камнях устраиваем костер и палатки.

К вечеру погода портится, надвигаются беспросветно-серые тучи, моросит водяная пыль - собственно, это уже не дождь, а облака идут мимо нашей стоянки, гонимые ветром. Толе и Жоре нравится ущелье: скалы, березы, озера (будь погода получше, Толя бы искупался), ручей. Вопрошают, нельзя ли отсюда сплавится. Они еще не видели тальника, в котором ниже теряется ручей.

Сейчас все спят. Если не сорвет палатку или тент, тоже лягу. От вчерашней стоянки до водопада мы сделали 8 челноков (двойных), т.е, прошли километров 7-8.

9.8.1967. Продолжение волока. Дежурят Петровы. Встали поздно: только что кончился дождь, немного развиднелось. А всю ночь через нас шли непроглядно-серые низкие тучи, из которых сыпал дождь. Варим фасоль, какао. Едим, пьем, собираемся, выходим в 11.00. Временами сыплет дождь.

Ручей преодолели под водопадом, влезли на левый берег и пошли через горы и долины, усиленно поедая чернику разных сортов. Толе особенно понравилась черника без сизой пыльцы, совершенно черная.

Всего ходок было четыре, последняя - с роздыхом. Прошли километра три. Вышли точно на нашу гору, ту, что служила нам ориентиром в течение всего волока. (Впоследствии уточнили, что она называется "Ровгора"). Под ней, в долине, как и ожидалось, обнаружили довольно глубокий ручей: плыть можно, хотя имеется тальник. В пути, на привалах иногда шел дождь. Придя, мы устроили салют одним залпом из одного ружья. Вечером, собрав лодки, подремонтировав штаны, сапоги, устроили праздничный ужин из коньяка, сыра, крекера и веселого настроения. Отметили, что уже 3-й день отдыхаем от мошки и комара, имея "взамен" плохую погоду. До ужина Жора гонял куропатку, Женя ему помогал. Куропатку не догнали...

10.8.1967. t=8ЬC - ниже критической - комаров нет. Всю ночь шел мелкий нудный дождь.

Вчерашнее обещание (по пьяной лавочке) сегодняшних дежурных (Толи и Жоры) разбудить всех в 7 не было приведено в исполнение. Встали около 9. Поясницы уже не болят.

Идут сборы. Дождь тоже временами идет. Если озеро, лежащее перед нами, окажется Ров-озером, а наша гора, весь волок служившая нам ориентировом, - Ров-горой, то мы окажемся первопроходимцами этого истока Ровы (по крайней мере, среди московских туристов). Для опознания озера на нем необходимо слева обнаружить полуостров, а ручей, из него вытекающий, должен вскоре слиться с левым истоком р.Ровы.

Вчера Женя планировал на сегодня дневку, однако, ввиду того, что мы отстали на 1 день от графика прохождения маршрута и по причине плохой погоды вряд ли это сейчас целесообразно.

Вечер. Холодно. Комаров и дождя нет. Женя записывает осенившие его мысли, Жора и Толя пошли глядеть на мир сверху - с биноклем и ружьем. Мы с Женей его уже обозрели. Итак, лагерь наш - на берегу Ров-озера, позади - Ров-гopa (Наша гора), а мы сегодня прошли верхнюю часть Малой Ровы. На нашем берегу - отличный песчаный пляж, на противоположном - четыре брошенные палатки. Однако, начало нашего плавания было весьма паршивым.

Загрузив байды на ручье (М.Рове), пытались плыть. Затем Жора долго прорубал дорогу в тальнике, потом к нему присоединил свои усилия Женя. Когда всем такое, с позволения сказать, "плавание" осточертело, выкинули вещи на берег, сделали большой (метров на 400) обнос по болоту, до твердого берега, где рос можжевельник и начали попадаться первые камни в русле. До этого дно было торфяное, вязкое, глубокое. Спугнули стаю куропаток - не до них. Отнесли байдарки вслед за вещами и снова попытались плыть. Много песчаных мелей, камней - плывем в одиночку, затем - полными экипажами продираемся сквозь тальник на руках и на веслах - уже без топора. Ручей перед озером, разумеется,виляет. Стоя в байдарке, озеро уже хорошо просматривается. А вот, за поворотом и оно само. Очень много камней, мелко - идем с осторожностью. Тамара пыталась кого-то удить - не вышло. Берега озера поросли кое-где мелкой березкой. Причалили к песчаному пляжу справа, где обнаружили следы стоянки. С удивлением обнаружили также, что уже 18 часов - пора ужинать - не только что обедать. Ссылаясь на поздний выход, дежурные зажали сегодня обед, хотя постоянно создают себе рекламу голосом - без pablisity, нет prosperity - как говорит Женя. После ужина Тома пошла спать.

Женя, Геня и я сумерничаем за кружкой чая, вспоминаем, как куропатка вспорхнула сегодня из-под наших ног, когда мы с Женей возвращались в лагерь после обозрения окрестностей и обсуждали гипотезу Лэметра о первоначальном атоме - прародителе Вселенной, до которого не было даже времени!

Геня завтра хочет снова сделать фасоль и пшено. Вчера он говорил, что дождя ночью не будет. И хотя дождь лил всю ночь, ребята произвели его в оракулы-предсказатели погоды.

Сейчас уже можно подвести некоторые итоги:

1. Мы знаем, где мы есть и знаем, куда нам надо.

2. Волок был сухим, при благоприятной погоде, в результате чего, несмотря на протяженность и гористость, прошел успешно.

3. Хотя туристы здесь не ходят, следов людей достаточно.

4. Дичь есть, но не в изобилии. Оленей нет, рыбы тоже пока нет.

5. Мы - в полосе лесотундры. Дрова - береза и можжевельник.

Сейчас Толя и Жора вернулись, мы допили чай, костер догорает. Красное око огня, слезясь дымом, взирает снизу на засыпающий лагерь.

11.8.1967. Всю ночь с озера на нас дул холодный ветер, к утру он усилился, так что пришлось снять тент - сильно шумел.

Из палаток вылезать было дуборезненько. Но ничего: поели, согрелись и поплыли против волны к белым палаткам. Как мы и предполагали это оказалась брошенная стоянка геологов. Уточнили, что это были геологи Северо-западного Управления, т.е. ленинградцы, что просидели они здесь, на Небла-горе все лето 1966 года до 9 сентября, собирали амазонит - мы обнаружили красивые глубоко-зеленые образцы амазонита и слюды.

Выяснив все это, поплыли к истоку нижней Малой Ровы. Началась она хорошо; несет между кустов, довольно широкая. Но чем дальше, тем хуже - сузилась, пошли заросли тальника. К тому же прибавились и камни в русле. Благо еще небо голубое и комары не жрут, не то, что вчера. Пробираясь сквозь тальник, к 14.00, к обеду еле вылезли в Большую Рову.

Собрали общими усилиями гонобобеля и заварили кисель невпроворот, а Геня снова выступил с пшенной кашей. Отметив таким образом наше вступление на большую воду, поплыли по Рове.

Река широкая, метров 15, с довольно крутым падением, ложе - песчаное или гранитное, здорово утыкана валунами. Плес от плеса отгораживается буквально стеной камней, торчащих из воды, между которыми надо искать проход.

Плыть в порогах почти невозможно - очень мало воды - везде проводим на веревке. Тамаре попалась на блесну форель-малютка. Везем грибы - больше из подножного корма пока ничего нет.

Встали у порога с крутым падением, на правом берегу, где обнаружили следы стоянки туристов и следы вездехода. Сегодня мы окончательно въехали в самую настоящую тундру - кроме кривых низкорослых березок да можжевельника по берегам - никаких деревьев. Склоны гор сильно завалены камнями, поросли мхом - картина дикая и красивая, особенно, при вечернем солнце. К вечеру здорово похолодало, пала роса. Тамара с Толей пошли наверх, за куропатками, Жора сушится после подмочки - охотился в воде за своими очками. Женя с Геней, сдав нам дежурство, удалились в палатку. Шумит порог. Комара и мошки нет. Солнце село. Ветра тоже нет. И Томки нет - ничего нет, даже ужин съеден!

Значит, пора кончать писанину - завтра дежурство. Может быть отважимся на блины.

Показания термометра запишу, когда Толя придет. Пришел - сказал: 7,5ЬС. Спрашиваю - "где?" - "Естественно, в воздухе, - говорит, - не полезу же я сейчас в воду!"

12.8.1967. Ночью здорово мерзли, пока не взошло солнце. Удивляем всех блинами.

При сборах Тамара обнаруживает дыру в байдарке и потерю клея Э 88. Второе - особенно печально. Погрузившись, отплываем первыми, около 10 часов. В порогах нас нагоняет "передовой экипаж": у Томы течет сапог и вести байдарку мне приходится одному. Река (судя по пройденному за 1 час отрезку) стала спокойнее, мельче, долина - шире. Берега поросли карликовой березой, можжевельником. Холмы - в ягеле; горы вдали - сплошной голый камень.

Дичь!

Дует ветерок, комаров мало. Светит солнце.

Встретили приток, который втек в нас прямо навстречу, вспять! Сама река пошла влево. За поворотом Тома узрела стаю гусей на воде. Я срочно побег за ружьем к Жоре. Дали его Жене. Поплыли. Но гусей за поворотом не нашли - они оказались хитрее - не поднимаясь на крыло, вышли где-то на берег. Мы с Томой снова вышли вперед, взяв ружье. У берега вдруг вспорхнула куропатка. Я вылез на берег, поднял ее на крыло, а когда она полетела вдоль берега, выстрелил влет. Трепыхаясь, она упала в траву, где мы с Томой ее и отыскали. Река становится шире, но не глубже. Дно - песок, камень, сплошные мели и перекаты. Часто ведем байду за веревочку. Ждем озера, а его все нет. Появились березовые заросли по берегам. Постепенно глубина возрастает, вода темная, река сужается, сильно цепляет.

Здорово клюет кумжа. Ловит, в основном, Толя. Тамара поймала одну.

Река своим петлянием выматывает душу. Уже поздно. Берега в тальнике. Хорошо еще, что течение прилично несет.

Впереди нас долго летит утка, присаживается на воду, ждет нас, снова летит.

Наконец, выскакиваем на озерко. Однако, течение уходит влево. Похоже, что основное озеро - там. Пересекаем мелкое озеришко и встаем на сухом берегу, где видно сушило. Варим уху из купленных голов и щуки и манку. Утолив голод и согревшись, принимаемся готовить рыбу и птицу. Женя, отлучившись за бугорок, принес еще куропатку. Всю дичь Тамара обжаривает и тушит. Пробуем жареную по настоянию Толи кумжу. Вкусно! Женя изрекает: "на уровне щуки!" - щука стала эталоном! Около 24 час. укладываемся спать под шум ветра. Завтра - клеить дыры на байдарке. Сегодня у нас в одной из "колбасок" подмокли сахар и мука.

13.8.1967. Выходим около 10 часов.

Попав по протоке в основное озеро (Кальм-озеро), обнаруживаем, что оно, несмотря на большие размеры, весьма мелкое, дно глинистое, вязкое.

Приходится идти по озеру пешком, подобно Христосу. Нам, однако тяжелее: волочем по глинистому дну байдарки, кое-где увязая по колено.

Войдя в протоку, соединяющую его с Бутылочным озером, Толя начинает работать спиннингом и с двух забросов имеет двух щук. Вчера Тамара просила щучки побольше, а то, говорит, все кумжа да кумжа. Вторая щука еще в воде поразила всех. "Спиннинг гнулся как тростинка в грозу, леска звенела от напряжения" - так описал эту борьбу сам рыболов. Со всех байдарок неслись советы. Женя пытался схватить ейную морду, одев рукавицу. При этом щука выскользнула, сошла-таки с тройника и упала в изнеможении на дно. В этот критический миг выручил Геня. Он героически сунул руку в воду и схватил за глаза умотавшуюся щуку, лежавшую поленом на мели. Общество встретило этот поступок диким восторгом. Далее Толя обычным способом препроводил щуку в резиновый мешок (там, в темноте рыба почему-то сразу утихает) и поймал еще пару щук.

Женя подбил пару уток, а мы с Тамарой вышли тем временем из протоки на очень мелкий каменный плес Бутылочного озера. Несмотря на значительные размеры и сильный ветер в спину (вдоль озера) волна разгуливается небольшая, поскольку и это озеро мелкое (по колено и мельче), дно - ровное глинистое, местами - вяжущее, с постепенным понижением в верхней части озера. Сначала ведем байдарку между камней вместе с Тамарой, потом она садится и я веду их на веревочке (байдарку и Тамару), потом садимся вместе с байдаркой, пытаемся грести.

Очень осторожно, на самом малом, выходим из камней, задираем весла кверху и летим на этаких "парусах" через все озеро.

Здорово летим - ветер сильный - только успевай увертываться от случайных камней. Выходим в верхнюю часть озера, в горло "бутылочки" и ждем за косой слева ребят. Передвигаться, используя парусность весел, оказалось приятно, т.к. несмотря на ветер, дека байдарки и мы сами остались сухими. Опять же, полентяйничали немного.

Все вместе входим в протоку, пересекаем залив и встаем на обед. Взобравшись на пупыри, видим оттуда метеостанцию. Значит, впереди, после преодоления протоки - Колм-озеро. Интересно, такое же оно мелкое, как Кальм и Бутылочное или нет и как там дует ветер.

Подошли бодрые ребята - москвичи. Часть их гонит сейчас байдарки по протоке, а эти идут по берегу с ружьем. Идут с Ефима на Иоканьгу. Волоклись не туда куда надо 4 дня! Лен-Явр вверху сейчас непроходим!

А пока похоже, быть нам в этом году первопроходимцами - ни в Москве, ни в Питере на Восточную Лицу, кажется, никто больше не собирается.

Преодолеваем протоку. Сначала сунулись в узкое русло - тальник, даем задний ход. Нашли широкое, где и встретились с байдарками упомянутой выше группы туристов. Протока широкая - как проспект. Клюет щука. Потом порог, довольно красивый, потом - мелководье с камнями и метеостанция на берегу Колм-озера.

Причалили. Пишем домой открытки. Идем мимо оленеводов наверх, к домику метеостанции. Скоро должен быть вертолет - заберет двоих парней в отпуск.

Ребята - техники, кончившие Новосибирское метеоучилище; один - радиотелеграфист 1 кл., другой - 3 кл. Начальник - Соколов Михаил Петрович, очень приятный мужик, у которого мы получили массу полезных сведений. В частности, - р. Варзина проходима на моторке и заселена рыболовами. Район этот труден для волока из-за обилия камня и трещин - это для будущего.

Женя полагает, что если бы мы встали у них на денечек, а не ограничились чаепитием, то они бы и кино нам прокрутили. Принимали нас очень радушно, предлагали остаться. Однако нам пора идти. Купив на метеостанции 3 кг сахару, отплываем по несколько притихшему и на сей раз уже глубокому озеру. Плывем на ближайшую косу, что по левому борту, держимся сначала курсом на горку, прикрывающую нас от ветра и волны до некоторой степени. На мысу встаем с подветренной стороны, на виду у поселка, ставим под прикрытием кустов палатки. Тома и Геня разделали всех пойманных щук под завистливые крики чаек.

Легли около 23 часов.

14.8.1967. Солнечное утро. Варятся вчерашние утки. Толя пошел купаться, Тома вертит пленки в палатке, я живописую дневник, Женя и Геня - дежурят. Как выяснилось позже, Толя, сочтя воду холодной, только умывался.

Поев, выходим против волны и пересекаем Колм-озеро. Сначала одно ("Башмак"), а затем и другое ("Амебу"). Здорово качает. В байдарке много воды: с весел, через деку, да и волнолом не всегда справляется с волной. На остановках, пока Женя ориентируется, выбираем воду из байдарок поролоном.

Проходим порог, соединяющий Колм и Порос-озера; направо, на песчаном пляже устраиваем обед.

Порос-озеро вечером выглядит поспокойнее, чем Колм-озеро днем. Идем параллельным курсом с "передовым экипажем", поем песни. К вечеру выходим на полуостров, к оленеводам. Нас приветствует свора собак, тощих и жадных до ласки, ревнивых.

Уточняем, куда лучше идти на переволок.

Говорят, в озере Лица есть кумжа.

Отплываем, огибаем полуостров и становимся на ночлег в заливе, где почти нет дров. Аврал. Все идем по дрова за ручей. Геня на блинах опять перерасходовал масло.

15.8.1967. Пасмурное утро. Завтрак. Сборы. Сейчас выйдем на волок. Роздано саянское сушеное мясо (может, даже медвежатина - точно неизвестно). Перед выходом в дорогу выглянуло солнышко, всех потянуло ко сну. Дремлем.

Сегодня Жора разбил термометр - дальше пойдем, не зная температуры.

Вышли "преступно поздно" (по выражению Жоры) - 12 .

До обеда успели сделать четыре ходки (по два раза - челноком). Обед я обещал устроить, когда увидим воду северного стока. Озеро Лицу не увидели, но болотца и озера, питающие его, увидели. К тому же, здорово захотели есть. После обеда подтаскиваем вещи под горку и идем втроем (Женя, Толя и я) к вершине, к туру, сложенному из камней. Женя обещает с той стороны озеро Лица. Начался жор мошки. Идти тяжело.

Взбежав к туру, видим озеро Лице как на ладони, будто карту рисовали с этой точки. На обратном пути спугнули десятка два куропаток, но ни ружья, ни желания охотиться у нас не было.

Объявляем обществу радостную весть. И снова - вперед, через гору, распадок, к заливу оз. Лица, где сверху был замечен пригорок. Другие ближайшие берега озера сильно заболочены.

Уже в сумерках, после 5 послеобеденных ходок достигаем озера. К 23 часам принесли последние рюкзаки. Итак, второй волок, из Порос-Озера в оз. Лица был совершен за 10 часов 45 минут, при солнечной погоде и слабом ветре в спину, из-за чего к вечеру зажрала мошка (даже в накомарниках). Поскольку мы такие молодцы, что даже наверстали два дня (Колми- и Порос- озера - за день вместо двух и волок - за день вместо двух) и вошли в график, устраиваем торжественный ужин - прием с манной кашей, соленой кумжой и "гидрашечкой". Затем все с удовольствием отошли ко сну.

В 3 часа посветлело. Из палатки флагманского экипажа доносился здоровый храп. Окончательно повылезали из палаток часам к 11 утра.

16.8.1967. Среда. Дневка. Дежурят Жора и Толя.

Как уже было сказано, восстали ото сна около 11 часов.

Женя ушел с ружьем и фотоаппаратом на вершину - снимать панораму озера.

За день особых событий не произошло. Куропатку Женя не принес, хотя стрелял и даже уверяет, что попал. Толя искупался. Геня весь день где-то гулял. Я клеил байду и сапоги Томке, остальные - спали. Вечером зато, после "баньки", когда налетела мошка, я спокойно мог дремать в палатке, а другие экипажи собирали байдарки и клеили их.

Вечером был розовый закат, опять соленая кумжа, под нее "гидрашечка" и демагогия о том, для чего люди едят...

Дождь лил всю ночь. В три я вставал испить чайку. Вот и все.

Как всегда, на дневке - суеты много, а событий нет.

17.8.1967. Четверг. Пасмурно. Дежурят Женя и Геня. Интересно, что сварят: пшенку или что-нибудь еще. Жрет мошка. Ветер слабый. Дождя пока нет. Тамара возится с пленками. Жора и Толя пока спят.

Точно, приглашают на пшенку, последнюю в этом походе.

После завтрака - погрузка под дождем. Пошли через озеро. Ветер в спину, волна поначалу средняя. Ловим кумжу и щуку. Временами идет дождь. У нас попалась одна огромная совершенных форм щука. А всего общими усилиями выловили 8 малых щук (примерно по метру).

В конце озера, на пороге застает сильный дождь и ветер. Стоим, мокнем. Я даже дрожу. Как только дождь прекратился, повели байдарки вниз, по реке Лице.

Порог очень мелкий. Камни на дне заросшие, скользкие. Идти тяжело, но согрелись. Постепенно меняется ветер (с южного на западный) и проясняется небо. На обед встаем уже при солнце. Варим супчики и уху из большого щука.

После обеда, немного подсохнув на солнце и ветру, пошли вниз. Характер реки не изменился, озероподобные плесы чередуются с очень мелкими каменистыми порогами, проходимыми проводкой, кое-где с разгрузкой.

В порогах с глубоких мест из под ног, пугая нас, выскакивают большие рыбины, повидимому, кумжа.

Встали около 20 часов. Дров мало - тундра. Вечер холодный, с обильной росой. Небо чистое, темносинее. До часу ночи сидел в одиночестве у костра: пек блины на углях, разглядывал звезды.

Холодно.

18.8.1967. Утро солнечное, холодное. Ветер южный. Впереди нас ожидает большое озеро (видели вчера вечером его с нашего высокого берега) - может быть это Спасительное-ты! Надеемся, что воды прибавится.

Река, как и положено, перед озером немного петляет. Пороги стали мельче. Скорее это уже перекаты...

...Озеро оказалось достаточно большим, чтобы называться озером, но не настолько, чтобы быть "Спасительным". Мы нарекли его "Входным". Прошли его при хорошем попутном ветре. У передового экипажа нос зарывался в волну. У нас из-за перегрузки кормы волна гуляла по деке до спинки кокпита - я то этого не видел, а у Жени сердце кровью обливалось.

Пройдя озеро вдоль, в конце его свернули влево, в порог, потом еще порог - и мы в Спасительном.

Ну и озерище! Много заливов, ветер гуляет, волна. Прокатились на волне до горла озера и встали на обед,в заливчике справа. Осмотрели панораму озера, поняли, куда плыть дальше.

Отдохнули, пообедали и пошли зигзагом вдоль правого берега при задне-боковой волне. Острова до некоторой степени защищали нас от волны и ветра, но все равно мы мокрые, хотя и сытые.

Завернули вправо и пошли по ветру - до выхода р.Лицы из Спасительного, снова с порогами. Войдя в очередное озеро, увидели на берегу оленей. Потому и назвали его Малым Оленьим, хотя оно не такое уже и малое и с волной, которую нам пришлось брать в лоб. После Малого Оленьего и двух порогов (где пришлось воевать не только с камнями, но и с ветром), вошли в Большое Оленье озеро. Здесь погода окончательно испортилась - пошел дождь, ветер не утихал. Встали на ночевку.

День кончился. Ночью пошел дождь.

19.8.1967.Утро солнечное, погожее. Сохнем. Костер почти не горит - дрова сырые.

Судя по карте, скоро мы выскочим из озерной части. Интересно, каковы будут пороги - пройдем ли мы их на плаву?

...Сегодня весь день озера. Погода хорошая, солнечная. Только когда идешь против ветра, здорово брызгает волна. На последнем озере поэтому шли с Жорой катамараном под парусом - полиэтиленовой пленкой.

Пороги, соединяющие озера, почти все ходимые, кроме 200-метрового, последнего перед озером Круглым. Кстати, в этом озере мы долго искали выход. Он - в левой части озера. Между озерами Круглым и Диких гусей - три красивых порога с крутым падением, в последнем начальник купался. Дело было так. После долгих раздумий и оценок решили все же идти. Первым пошел Женя с Жорой на "Луче". Жора сел на корму, хотя табанить не привык. Перевернулись. Потеряли одну карту, вещи спасли. Пленка у Жени в аппарате намокла. Мы с Тамарой после этого решили не искушать судьбу - обнести байдарку и вещи по берегу. Для нее это моральная травма. Успокаиваю, что впереди еще хватит порогов.

Тут же, на пороге и встали на ночевку. Сохнем. Ночи стали теплее, дни - холоднее. Долгосрочный прогноз, полученный в Москве, оправдывается с опозданием на 2 дня. (5 и 15 по прогнозу дожди, а были, соответственно 7 и 17).

"Завтра - воскресенье" - говорит Жора.

20.8.1967. Окончили порог. Нашли еще два - итого пять порогов от Круглого до оз.Диких Гусей. Преодолев их, вошли в залив (предозеро), а затем вышли в само озеро Диких гусей. Шли по нему спокойно, при слабом встречном ветре и небольшой волне. Отличился "передовой экипаж" - поймали две кумжи и много щуки.По щукам выступили и мы с начальником. В дальнем конце озера поднялись и улетели лебеди. Когда перед самым порогом встали на обед, "передовой экипаж" за 4-5 минут наловил еще мешок рыбы, причем, значительную часть улова составляла одна щука длиной в сапог (килограммов на 6-7). Щуку (Толя предположил, что она жила еще при царе) сфотографировали и отпустили с миром. Минут 5 она лежала на боку: отошла немного и медленно поплыла в осоку греться. Спина у этой щуки была с болезненными наростами - невидимому, ее поранила когда-то чайка.

Порог, отделяющий озеро Диких Гусей от озера Хорошего, длиной 1,5-2 км, в значительной степени был пройден проводкой, в конце - с разгрузкой байдарок - уж очень мало воды. Начиная с обеда, снова светит солнце.

Хорошее встретило нас теплом, голубой водой, уютными зелеными берегами, залитыми солнцем. Вдруг на правом берегу на нас удивленно захрюкал (!) козел. Я уже не пишу про щук - есть они и здесь. Озеро оказалось довольно длинным. В сужении - небольшой перепадик. Затем - снова уширение - началось озеро Лунное. Здесь нас с воздуха заметили гуси - сначала поодиночке, потом по двое, трое стали ходить кругами, разглядывая невиданных гостей.

Толя пытался стрелять в лет, но неудачно. Сбившись в стаю и галдя, гуси улетели.

Холодает. Солнце собралось садится. Выгружаемся и становимся на ночлег. Тем временем восходит большая желтая луна. Впервые за наше присутствие на Кольском. Мы как-то даже забыли, что она есть на свете. Тут же вспомнили, что она уже не девственно чиста, что сейчас на нее накидано уже порядочно металлолома.

На озере засеребрилась дорожка, когда, около 12 ночи, напившись чаю с красной кумжовой икрой (уже после жареной рыбы), мы улеглись спать.

21.8.1967. Сегодня мы дежурные, и писать особенно некогда. Начались мелкие пороги со скользкими камнями, где Жора и Тома макнули сапоги на проводке.

К 14 встали сохнуть и обедать у проволочного забора - загона для оленей. Здесь наша лодка почему-то решила сама погулять по реке. Пришлось Жоре за ней сплавать на своей байдарке.

После обеда Женя обещал Один приток слева и тут же - справа.

Хватает всего: пороги, шиверы, перекаты - в общем, мелко. Часто видим резвящихся по берегам оленей. Притоков справа нашли 3, слева сначала было бессточное озеро, потом - приток. Река здорово расширилась. Мели, перекаты. Снизу, под ними - песочек, иногда чешемся байдаркиным пузом. Выбираем фарватер. Не жарко. Левый приток впадает примерно посередине долины, между двух сопок (слева). Это вода из озера Максим-ты. Долина заболочена. Много оленьих следов.

Мы нашли на "правом берегу отличную стоянку - с песочком, относительно безветренную, учитывая огромные просторы долины, с травяной подстилкой.

Когда разожгли костер и поставили палатки, получился вполне истринский пейзаж. Устроили подсчет продуктов. Мало мяса и кончились супы. Приняли решение - не ходить на Харловку.

Завтра пойдем вниз, к морю.

22.8.1967. Пасмурно. Ночью обошлось без дождя.

Плывем. Женя говорит, что до устья еще 41 км и 164 метра нам еще падать вниз (упали пока только на 80 м). Еще он обещает нам 10-12 км спокойной воды на сегодня. И правда - широченные плесы, мелководье. Река течет все еще по равнине. Ветер встречный, малая волна. Впереди - зоопарк: лебеди-кликуны пытаются увести нас вниз по реке от своего потомства, схоронившегося на берегу. Нам к берегу совсем ни к чему. Плывем вперед, за лебедями, старательно обходя мели. В воздухе - гуси.

Часа через 1,5-2 начинаются пороги. Женя замечает притоки и справа и слева. Мы - нет. Все внимание - на воду. Почти везде идем на веслах. Плесы как таковые кончились - все относительно спокойные участки реки усеяны камнями.

Набираем для отчета километры и теряем (для собственного удовольствия) высоту. По берегам - тундра: болрта, карликовые березки. Стали попадаться сопки. Русло сузилось, но все еще достаточно широко, чтобы вода смогла прикрыть все камни.

Обед сегодня шикарный (кумжа,чай,сыр,блины), но всего - помалу.

После обеда снова все то же: пороги, перекаты, камни на плесах. К тому же еще и острова делят русло реки на отдельные рукава, текущие некоторое время даже на разных уровнях.

Удивительно, что выше каменной отмели на острове - не мох, не лишайник, а трава. Постепенно сгущается туман. Ветер тянет с моря. В тумане, среди больших и малых камней, разброванных по мелководью, при плохой видимости берегов и реки идем медленно - на веслах и проводкой.

Начальник приказывает становиться на ночлег, хотя с обеда прошло только полтора часа. Далее, по его предположениям, следует участок с крутым падением. Решению начальника способствовало еще и то обстоятельство, что мы увидели остров с березами (настоящими, не карликовыми) и можжевельником (!) - настоящий оазис в голой, сырой, неуютной тундре. При ближайшем рассмотрении на острове мы обнаружили еще и некоторое количество черники. Обилие дров сейчас - основа нашего благосостояния.

Итак, ждем у моря погоды, еще не дойдя до моря. Облака тумана несутся мимо нашего острова вверх по долине реки, отдавая изредка моросящим дождем. Крутые берега реки то скрываются в белесой мгле, то снова становятся на свое место. Ставим лагерь. С чувством - время есть.

Отводим душу при заготовке дров (это после веточек на обеде). Высказываются предположения о выпечке блинов всеми экипажами из всей наличной муки - вдруг дров больше не будет!? Никогда!...

Однако, забравшись в палатку часов в 8 мы предпочитаем поспать - и за прошлое и впрок.

Всеми покинутый Геня часов до десяти пек завтрашние оладьи. Кусачие абсолютно отсутствуют. Ночью был и ветер и дождь.

23.8.1967. После долгих призывов дежурного (он же - начальник) встаем. Я даже хватаюсь за дневник - вылезать из палатки к завтраку очень неохота. За стенкой, как и вчера, сырость, туман. Изо рта тоже валит туман - влажность 100% - точка росы. Жаль, не знаем температуры. По видимому, градусов пятнадцать. Перебираем все известные песни про туман от "Ой, туманы мои, растуманы..." до "Туман стоит над морем, В душе моей туман, Все кажется так просто И не просто..." Душевная песня, соответствует... И какой дурак придумал ездить в тайгу за туманом? - его бы сюда, в тундру, к Баренцевому морю!

Для нас сейчас туман - явная преграда. Да и пароходы по морю могут не пойти в туман - засядем где-нибудь на берегу... Может, он и разглаживает морщины, но забот от него нам только прибавилось. После завтрака решаем, что придется плыть и в туман - что поделаешь, такова наша планида. Начальник отдает приказ о сборах. Итак, перед нами несколько более 20 км самого порожистого участка, падун в семи км от устья, а сами мы пока еще на высоте 150м над морем - это по словам начальника, хотя ему никто не верит.

Пошли. Поначалу река представляет собой каменистую мель, на которой надо искать струю. Затем проплываем укутанное туманом озеро - при встречном ветре и волне. Шли под правым, наветренным берегом. Кончается озеро порогом. Идем в разведку, смотрим что готовит река ниже порога. Женя и Геня обносят байду и вещи за порог. Совмещаем сие с подготовкой обеда. После обеда первыми в порог идут Толя и Жора.

Прошли хорошо, хотя дважды выскакивали в воду. Мы с Томой прошли порог более нервно. В частности, сидели бортом на камнях.

Похоже, что. мы вошли в каньон. Далее - сплошные пороги, чередующиеся с каменистым мелководьем. Река достаточно широкая (~40м), особенно на мелководье. С гранитных берегов открываются хорошие виды и вверх и вниз по течению. Жаль, что низко стелется туман, ветер гонит его по каньону с моря. На каком-то из порогов мы пробили дыру порядка 10 см - шли поэтому в порогах с водой в байдарке, медленно погружаясь. Встать совершенно негде - по берегу - голый, временами отвесный камень.

Наконец, после одного из лихо пройденных порогов, уже здорово потеряв маневренность от воды, заполнявшей байдарку примерно на 1/3, пристали к левому берегу - к счастью там виднелись столбы.

Соорудили из них костер, обсохли, поели. Зашили капроном и заклеили свою дыру. Ребята, свободные от дежурства и бытовых дел, во всю собирали чернику.

На гусей и оленей внимания уже не обращаем, т.к. первые слишком осторожны, а вторые - колхозные.

Дерева по берегам нет, а карликовая березка только тушит костер - настолько она сырая от туманов и дождей.

- Точно, Жор, - замечает Толя у костра. - Сегодня у Тебя была субботняя баня.

24.8.1967. Часто идет дождь. Преодолеваем пороги и шиверы. Мы с Томой уходим вперед. После порога встали в бухточку под левым берегом - подождать ребят. Укрыли байду полиэтиленом, привалив его на бортах камнями, чтобы не срывало ветром. Вылезли на берег, схоронились за гранитными стенами от ветра и дождя. Наблюдаем сырую долину реки. Мокро, серо, но красиво. Вот показались обе байдарки. Нас на камнях они заметили с трудом, хотя мы были в оранжевых спасжилетах. Все внимание на воду. А ведь берег тоже красивый.

У Жени "луч" нахлебался воды. Я сел к нему на корму, Геню оставили в пороге на камне. Потом сняли и Геню.

Решили заобедать.

Оказывается, под скалами, где мы с Тамарой мечтали, дожидаясь ребят, заросли крупной черники, от которой трудно оторваться, даже несмотря на дождь.

И только холод гонит к костру, да сознание, что всю чернику на Кольском все равно никогда не съешь.

Костер уютно горит в щели между камней. Народ сгрудился вокруг, вписавшись в каменные громады. В щели под большим камнем - так вообще сухо.

Однако, как ни экзотична эта стоянка, а пора с нее сниматься....

...Сегодня дошли до мощного порога с двумя ступенями (1,5-2м - каждая), который все единодушно решили обносить. Очень красиво! Надо отснять. Отснять надо и потому, чтобы в него никто из наших последователей не влетел когда-нибудь. Хотя, теоретически, он, пожалуй, проходим. Все зависит от уровня воды в реке, способностей экипажа и... счастья.

За порогом по левому берегу - заболоченная поляна, через которую в реку бегут ручейки. Кое-где валяется оленья шерсть - от линьки. В дальнем конце поляны, где скалы теснятся над водой, метрах в десяти над водой прилепился небольшой березнячок. Так мы и встаем на ночлег. Толя и Жора тут же уходят в разведку - взглянуть на каньон. В тумане, в сумерках он выглядит довольно зловеще.

Оставшиеся в лагере принесли из-за порога байдарки, я отснял пленку на этом пороге; устроили большой костер: сохнем, готовим ужин, печем блины.

Результаты разведки: впереди, по берегу - серьезные распадки - с грузом через них идти тяжело; надо плыть. На просмотренном участке плыть и пристать к берегу везде можно.

25.8.1967. Проснулись. Все также пасмурно. От стоянки еще вперед отнесли вещи и байдарки - обносили мощную шиверу. Спускали все свое хозяйство по почти отвесной стенке (см. фотодокумент, зарегистрировавший исполнение этой дурацкой идеи начальника). Можно было и пройти шиверу, спустив байдарку у лагеря, где спуск более пологий - Толя и Жора так и сделали. В каньоне - все время шиверы и пороги. Стены все круче и теснее. Даже удивительно, что на Кольском может быть такое. От мощи каменных громад и дикости природы дух захватывает. Идем осторожно, три раза вылезали на берег смотреть, куда идти, как проходить пороги.

Перед резким поворотом каньона направо (скальная стена здесь запирает каньон) лучше идти по правому берегу - тогда на самом повороте можно успеть выскочить на гранитно-песчаную отмель и осмотреть сверху слив и озеро в скальной чаше.

По левому берегу возможна сложная проводка (Женя и Геня). Место настолько красиво, что несмотря на сырость погоды, снимаю на цвет.

Вода, нашумевшисъ в порогах, остановив на миг свой стремительный бег у стены, запершей каньон, белопенными струями сливается в каменную чашу глубокого озера. Струи лижут розовое гранитное ложе и исчезают в зеркальной черноте озера - только белая пена остается на воде, гонимая ветром, да глубинные струи выносят на поверхность заветные думы озера. Отвесные скалы охраняют здесь покой вечно беспокойной воды, расступаясь только на севере, давая ей дорогу к морю. Подъехав к ребятам, ловившим на спиннинг кумжу, я заявил перед объективом жениного фотоаппарата: "Мне здесь нравится!"

Вытекая из озера, река как-то сразу мелеет, снова превращаясь в нудную шиверу. Каньон несколько раскрывается. На левом берегу есть даже участок с зеленой травкой, где мы и встали на обед (и гонобобеляж). Здорово дует. "Дуборезненько!"

После обеда плывем по шивере, переходящей кое-где в пороги. Долина расширяется.

Река превратилась в плес. Вода бежит и журчит о чем-то с камнями, тихо так лопочет, нежно несет байдарку до ближайшего камня.

Погода улучшилась, но синего неба так и не показалось.

Причалили в 19.30 на хорошем травянистом левом берегу, перед шиверой. После шиверы просматривается плес, за ним поворот направо. Что там - неизвестно. Разведка 24.8.1967 просмотрела реку вплоть до этого поворота. С замыкающей долину горки (перед поворотом реки направо) низвергаемся водопадом ручей. Вообще, ручьев последнее время много. На берегу тихо. Река почти не шумит. Летают комары, мухи и мошка, но почти не кусают. Много черники, весьма вкусной. Лагерь наш тоже на берегу чистого ручья. После некоторой подклейки байдарки и ужина ложимся спать.

Небо проясняется. Имеются разрывы в облаках.

26.8.1967. Утро хмурое. Около 8 часов снова посыпал дождь. Женя и Геня несколько проспали и раннего выхода не получится. Сейчас собираемся. Поедим и пойдем. Если мы кончили только первый каньон, значит сейчас сидим на 18 километре от устья и впереди - 5-6 км относительно спокойной реки (это по описанию)...

... Спокойной реки не получилось. Количество крупных камней все увеличивается. Около впадающего водопадом ручья прошли порог с двумя поворотами (под левым берегом), а затем пристали к левому берегу посмотреть, что твориться на реке дальше.

Дальше - был водопад.

Река перед водопадом представляет собой шиверу, кончающуюся небольшим порогом у левого берега, за которым остановить байдарку было бы очень трудно. Над гранитными скалами стоит облако водяной пыли.

Ущелье гудит.

Левая струя, наиболее мощная, закручивается штопором.

Справа струи менее мощные, свободно ниспадают по гранитным уступам. На левом берегу (на котором мы высадились) над водопадом растет самая вкусная и самая крупная черника, какую нам когда-либо приходилось видеть. Имеется голубика, брусника и прочие, несъедобные ягоды. Отсняли водопад. Выяснили, что обнос вещей и байдарок лучше делать по правому берегу, куда мы и переправились по шивере на веслах. В большую воду, по видимому, такой маневр был бы затруднен, т.к. вода здесь уже здорово тащит байдарку.

Ниже водопада обнаружили следы пребывания человека: рыболовную сеть, консервные банки и прочую мерзость. Переправились ниже водопада по глубокой воде на левый берег и там заобедали - там оказалось несколько чище и можно было организовать - проводку байдарок вниз на веревках. Плавали, насколько духу хватило, под водопад: слушали "белый" шум воды. Не исключено, что кроме басовых, там были и инфразвуки, буквально (а не в переносном смысле) заставляющие трепетать душу. Вся эта торжественная симфония внушала уважение к дикой силе и красоте Кольской природы. Пристать к берегу под водопадом невозможно: гранитные стены отвесно уходят в черную воду. Темные струи выбиваются то там то здесь на поверхность, раздумывая, куда же нестись дальше: обнаглевшая семга пытается прыгать на 19-метровую высоту - падает вниз.

... Не успели отойти после обеда несколько сот ветров, как появился вертолет и почти одновременно на берегу - пограничники с конем.

"Догнав" нас на надувной лодке, когда мы проходили (проводкой, на веревках) полупорог - полу-водопад слева от огромной глыбы гранита, лежащей посередь реки, они проверили документы и сообщили нам о тропе, идущей по правому берегу в поселок Лицу. По их словам, по тропе до поселка - километров 10, по воде - меньше: от водопада они сплавляются домой на надувной лодке (один человек). Дали нам соли.

Пройдя еще немного, мы встали на довольно крутой осыпи на правом берегу, втащили наверх вещи и, поужинав, легли спать.

27.8.1967. Рано поутру вместе с пограничниками, погрузив пару рюкзаков на мерина "Лыску", двинулись в путь. Утро пасмурное. Идем довольно быстро. В тундре очень много грибов (подберезовики и подосиновики) - торчат совершенно открыто, издалека заявляя о своем присутствии. Все крепкие, здоровые, как на подбор (червей здесь нет), некоторые даже усохли на корню, ожидая, когда же их кто-нибудь сорвет. Неожиданно видим море - такое же серое, как и небо.

Еще пара километров - и мы в Лице, поселке, расположенном на берегу губы, фиорда - если хотите. Вода в нем уже солоноватая, а прибрежные скользкие камни чувствуют ровное дыхание моря: прилив накрывает их зеленоватой водой, отлив - обнажает. Посреди изумрудного залива будто игрушечный, стоит на якоре кораблик, по берегу прилепились нехитрые деревянные домишки и полуразрушенный склад соли. Бегает кошка. Цветут ромашки. Все это воспринимается как-то нереально, будто читаешь сказку Грина. Договариваемся с Трофимом Ильичей, работником заповедника и хозяином упомянутой посудины, что он завтра отвезет нас на остров Харлов, куда легче подойти пароходу.

В губу В.Лицы пароход не заходит; погрузка и разгрузка (если позволяет море) ведутся на открытом рейде. Пароход будет лишь в среду или четверг, т.е. Тамара и Жopa с Женей опаздывают на работу. В ожидании обеда обозреваем окрестности, сушим вещи.

Поев отварных грибов, пускаемся в путь, за байдарками.

Распогодилось, небо голубое.

Идеи по Лыскиной тропе. Собираем грибы, в конце пути - даже загораеы.

Восточная Лица блестит в лучах солнца, прощаясь с нами. Собираем высохшие байдарки на берегу, на гранитном столе, выносим их из ущелья и идем по тропе до поселка. С моря дует свежий, холодный ветерок. Солнце садится. Идти тяжело, хотя тропа довольно хорошая. В поселок пришли уже в сумерках. Только успели свалить груз - сел туман.

28.8.1967. Вставал на восходе солнца. Туман исчез. Все покрыто инеем. Холодно. Трофим Ильич еще не встал. Окончательно проснулись часов в 5, погрузились около 6 часов на судно. Оказалось, называется оно "Яагун" (вероятно, муж Яаги). При солнце и спокойной воде вошли в море. Нас провожали огромные стаи гусей и уток. Идем под берегом, любуемся безлюдными гранитными обрывами. Море пустынно, качает не сильно.

Зашли в бухточку - взяли на борт бензин. Когда солнце осветило дно, залюбовались зеленой водой, бурыми водорослями и обычными медузами, которые в лучах солнца вспыхивали самыми фантастическими цветами - фиолетовым, зеленым, золотисто-желтым, красным...

Затем - снова море, но уже прикрытое в большей степени островами: качка уменьшилась.

Харлов и другие острова видим издали, однако, приближаемся к ним очень медленно.

На о.Харлов, куда нас высадил Трофим Ильич, будем жить в доме - общежитии, откуда на "Яагуне" уплывали последние двое ребят из заповедника.

Птицы подались с базаров недели полторы назад, когда испортилась погода. Так что базары сейчас пусты. Сначала - уборка дома. Топим печь, готовим обед. Докупаем на маяке продукты, устанавливаем контакты с моряками и пограничниками на предмет выезда на пароходе в Мурманск. Спим.

29.8.1967.Утро ясное, солнечное. Занимаемся "по хозяйству" Ручная ворона (единственная на всем Баренцевом море) утащила у Гени и у нас с Томой мыло - как бы не отравилась. Зовут ее "Гига", окольцована.

Печем хлеб в печи. Он здорово подгорел, но получился весьма ароматным и вкусным. Отсыпаемся целый день.

К вечеру поселок Харловку и весь Кольский от нас скрывает туман. На берегу гудит ревун. Мы одни среди Баренцева моря! А пароход сегодня проследует в Гремиху, а обратно будет только в четверг!

... Пароход проследовал без остановки по причине тумана, хотя моряки и солдаты ждали с ним почты ...

30.8.1967. День был посвящен ознакомлению с Харловым, выпечке хлеба изо всей оставшейся муки и подготовке к отплытию. После завтрака побежали наверх, через болотистые распадки, изобилующие морошкой и черникой, мимо пресных озер - на птичьи "базары".

Скалы впечатляют, особенно, узкие трещины - заливы. Базарных птиц - ни одной - только родственники воробьев беззаботно летают стайками.

Море - голубое, спокойное - хоть плыви к полюсу на байдарке. Толя даже искупался, нырнув со скалы в чистейшую зелено-голубую, более чем прохладную воду Баренцева моря. Тома сидела на скале, подобно Андерсеновской Русалочке, и снимала кино.

На скалах встречаются ванны, заполненные морской водой (невидимому, во время прилива и прибоя), где растет даже морская капуста. Здесь, как-и везде, скалы у кромки воды очень скользкие, а где повыше - сухой, вылизанный прибоем гранит.

Обратно шли тоже через ягодные места. Морошка быстро приедается, а черника здесь хоть и крупная, но не такая вкусная, как на водопаде. Остров, в общем-то, не такой уж большой.

Отобедали, выпекли отличные хлеба. Сегодня они у Жоры почти не подгорели, собирали домой морошку, Тамара ходила с Женей на маяк давать телеграмму на работу.

Вечером устроили последний праздничный ужин. Начальник изумил всех, достав "заначку" - бутылочку коньяка - надо же, тащил ее через два волока и несчетное число порогов!

Стол ломился от явств: жареные с луком грибы, "гювеч", красная икра на свежем белом хлебе. Все это при свечах, с видом на пролив и Большую Землю.

Последний раз нам никто не мешает. Завтра всерьез встретимся с цивилизацией.

31.8.1967. Солнечное утро. Подъем. Завтрак.

Дособираем рюкзаки из расчета минимума мест. А парохода все нет.

Вещи уже на скалах, над водой.

Ребята - там же - высматривают пароход. Томка спит напоследок прямо на досках кровати.

Вот показался пароход и почти одновременно из Харловки вышла к нам дорка.

С побережья и с острова уезжают школьники, пограничники, моряки.

Погрузка на дорку прошла быстро и четко.

Плывем к пароходу. Читаем - называется он "Вологда", приписан к мурманскому порту. Вот мы уже у трапа - взбираемся на борт корабля, оформляем билеты, прощаемся с Харловым - плывем мимо "нашего" домика. Занимаем каюты, моемся в душе и плывем в цивилизацию, на Землю Людей ...

1.9.1967. Рано утром прошли Североморск.

Утро пасмурное. Долго входим в мурманский залив - какой же он длинный!

Видели атомоход "Ленин" - стоит на "Угольной", ждет зимы.

К причалу подошли даже раньше срока. Выгрузились, прошли на железнодорожный вокзал, сдали вещи в камеру хранения и попытались взять билеты. На "Арктику" - не вышло. Женя, Геня и Жора решили лететь на "серебристом лайнере". Толя, Тамара и я - едем на пассажирском (Э 81), Гуляли по Мурманску, заходили в магазины. Купили Тамаре тельняшку.

Вечером проводили ребят на самолет, взяли билеты и сели на поезд. И поехали домой...

Смета путешествия

Проезд Москва - Оленья -        17 р.
Автобус Оленья - Ловозеро -      1 р.
Самолет Ловзеро - Краснощелье - 10 р.
(с грузом)
Пароход В.Лица - Мурманск -      6 р.
Поезд Мурманск - Москва  -      20 р.
Продукты -                      50 р.
Прочие расходы - рыболовные
снасти, патроны, оборудование
байдарок и т.д. -               10 р.
-------------------------------------
Всего -                        120 рублей на 1 человека.

Продукты могут быть приобретены в Краснощелье (почти все там есть), однако предварительно нужно получить направление в магазин в Сельсовете, где обязательна регистрация выходящих групп.

Из Мурманска можно лететь в Москву самолетом, 2 часа полета, билет - 26 р., но байдарки необходимо отправить поездом. Отправка 60 кг груза с пассажирским поездом стоила 12 р.

Е. Антропов.г.Москва В-333, ул.Дм.Ульянова д.4/34, корп. Б, кв. 411. тел. АВ-7-84-31 (домашний)

С. Петров E-1-36-15 (домашний)

Фотографии


На Поное 1.8.1967.



Долина р. Кульок со скальной стенки. 2.8.1967.


Кисель - мечта Толи. 3.8.1967.


Р. Кульок. Купание, обед. 4.8.1967.


Почти "безнадежные пороги".


Долина Белько-во.


Долина Белько-во.


Совет "богов" (Жора, Сергей, Женя, Толя, Геня).


Жора.


Геня - герой.


Колм-озеро. Женя и Жора - "передовой экипаж".


Хозяюшка.


Начало восточной Лицы. Порог.


Начало восточной Лицы. Плес.


Горло озера Спасительны-ты.


Здесь "купался" начальник.


Четвертый порог (20.08.1967).



Флагманский экипаж на оз. Лунном.


Порог между оз. Диких гусей и оз. Хорошим.


Он же летописец.


Оазис. Вечер. Туман.


...сидели бортом на камнях...


24.08.1967. ...Дошли до мощного порога... 1-я ступень.


2-я ступень.


Спуск к воде по стенке.


Восточная Лица. Каньон.


Над главной струей.


Водопад снизу.


На базарах пусто. Впереди в тумане - северный полюс.